— Нет, несколько минут тишины будут как раз кстати. — Талия удивленно на него посмотрела, и он поспешил объяснить: — Во дворце в последнее время все ужасно суетятся в связи с приездом высоких гостей и тому подобными вещами.

— А, да. — Ее улыбка стала шире. — Я слышала, что во дворце гостит восточный вельможа. — Она отвернулась от Джеймса и посмотрела на Уильяма: — Ты должен мне все-все рассказать.

Выглянув из-за плеча Талии, Джеймс легонько покачал головой, давая понять приятелю, что рассказывать ей ВСЕ совсем ни к чему.

— Уверен, — вслух заявил Джеймс, — что Уильям вспомнит даже, как были одеты придворные дамы с востока.

Талия с Уильямом вышли, а Джеймс присел за стол, ожидая Лукаса. Долго ждать ему не пришлось. Как и говорила девушка, через несколько минут Лукас вошел в зал через заднюю дверь.

— Талия! — крикнул он и заметил Джеймса, сидевшего в одиночестве. — Где моя девочка?

— Пошла на рынок с Уильямом. Я обещал ей не уходить отсюда до твоего возвращения.

Лукас мрачно поглядел на Джеймса.

— У тебя что-то на уме, Джимми, — сказал он. — Я слишком давно тебя знаю, чтобы не догадаться. Так в чем дело?

— Понимаешь, Лукас, я хочу задать тебе вопрос, но не могу, пока ты не поклянешься, что сохранишь наш разговор в тайне.

Лукас несколько мгновений молчал, теребя подбородок и обдумывая ответ.

— Я не могу ни в чем поклясться, пока не узнаю, в чем дело. Ты же знаешь, у меня есть обязательства.

Джеймс действительно знал. Лукас был одним из немногих процветающих хозяев гостиниц в Крондоре, кто обходился без покровительства могущественного вельможи или какой-нибудь из гильдий. За несколько лет ему удалось заключить немало полезных союзов и подружиться кое с кем из высокопоставленных придворных. Джеймса он знал по своим делам с пересмешниками, однако и здесь Лукас сумел избежать зависимости и не позволял гильдии воров себя использовать. Старик отличался на редкость упрямым характером, и все знали, что попытайся кто-то взять его под контроль, он тут же призовет на помощь другие силы. В конечном итоге, гораздо легче было сотрудничать с Лукасом, чем принуждать его к чему-либо.

Джеймс несколько раз повторил про себя то, что хотел сказать, и наконец, глубоко вздохнув, начал:

— Мы оба знаем, что пересмешники больше не являются серьезной силой и что кое-кто — а именно Кроулер — пытается прибрать к рукам преступный мир Крондора.

Лукас кивнул.

— Мы также знаем, что, судя по всему, Хозяин мертв.

— Не делай поспешных выводов, — улыбнулся Лукас. — Хозяин — хитрый малый. Возможно, он и мертв, но может быть, просто лег на дно.

— В этом случае, — сказал Джеймс, — от него не больше пользы, чем от мертвого, раз он допустил, чтобы пересмешников уничтожили.

— Может и так, а может и нет.

Джеймс ухмыльнулся.

— Тебе никто не говорил, что с тобой очень тяжело разговаривать?

— Говорили, — ответил Лукас. — Однако немногие.

— Послушай, мне нужны… надежные люди.

— Ну, — усмехнулся Лукас, — тогда начни с принца Крондорского. Не могу себе представить человека надежнее.

— Надежные люди есть по всему Крондору. Те, у кого есть возможность слушать и слышать разные вещи.

Лукас некоторое время молчал, тщательно обдумывая слова Джеймса.

— За многие годы я научился не слышать лишнего, Джимми, — проговорил он наконец. — Вот почему многим людям нравится иметь со мной дело. Среди них есть те, кто хочет переправить товар, не сталкиваясь с таможней принца или пересмешниками, а я случайно знаю караванщика, направляющегося вглубь Королевства. Есть люди, которым нужно поговорить с тем, кто хочет убить их при первой встрече, и иногда я могу свести их лицом к лицу, избежав кровопролития. Но все это пойдет прахом, если кто-нибудь решит, что я стал доносчиком.

— Мне не нужны доносчики, Лукас, — возразил Джеймс. — Таких у меня полно на каждом углу. Мне нужен тот, кому я смогу доверять. Мне требуется правдивая информация, а не слухи или ложь, изобретенная для того, чтобы заработать несколько монет. Более того, мне необходим именно свой человек, независимо от того, что он говорит другим людям, — сквайр взглянул на Лукаса. — Думаю, ты понимаешь, о чем я.

Лукас задумался, затем вздохнул:

— Прости, но я никогда не смогу быть шпионом, Джимми. Это — слишком скользкий путь, даже для таких, как я. — Он отошел за барную стойку. — Могу сказать одно: я никогда не буду работать против короны. Я был когда-то солдатом, и мои дети погибли за Королевство. Ты можешь не сомневаться в моих словах. И если я услышу что-то действительно важное, то, скажем так, я позабочусь, чтобы ты узнал об этом как можно скорее. Так пойдет?

— Пойдет, — кивнул Джеймс.

— Не желаешь эля?

— Слишком рано для выпивки, — усмехнулся Джеймс. — К тому же мне пора. Когда Уильям и Талия вернутся, скажи Уилли, чтобы он возвращался в гарнизон и доложил о себе, хорошо?

— Хм… Насчет этого парня… — начал Лукас.

— Да?

— Он ведь неплохой молодой человек?

— Отличный, — сказал Джеймс.

Лукас кивнул и, взяв тряпку, начал протирать стойку.

— Просто… как я уже говорил тебе, Талия — это все, что у меня осталось. И я хочу, чтобы у нее все было как положено, понимаешь?