– Что у тебя с волосами?!

– Реза.

– Зачем ты снова пошла к ней после того, что она сделала с тобой прошлый раз?

– Потому что я набитая дура, – сказала я несчастным голосом. – Ты можешь что-нибудь сделать?

Эмили попыталась приподнять самую короткую прядку.

– Гм. – Она внимательно рассмотрела меня. – Посмотрим. У меня кое-что есть.

Через пару минут она вышла из ванной с охапкой всяких причиндалов для укрощения непокорных волос – гели, воски, лаки – и принялась рыться во всех этих флакончиках и баночках.

– Думаю, нам понадобится воск сверхсильной фиксации. Класса А. Убойная штука. – Она продемонстрировала мне баночку. – Этим воском гривы лошадям укладывают.

Пока она намазывала «лошадиным» воском, похожим на сало, мою обкорнанную челочку, зазвонил телефон.

Эмили торопливо велела мне:

– Не снимай трубку. Пусть оставят сообщение. А то вдруг это скотина Ларри Сэведж хочет заставить меня переписать этот чертов сценарий. Я сойду с ума!

Мы прислушались. Но звонивший повесил трубку.

– Опять, – нахмурилась Эмили. – Сегодня уже несколько раз так звонили и вешали трубку. Только не говори мне, что у меня появился навязчивый поклонник вдобавок к остальным моим проблемам. Итак, как тебе?

Я посмотрела в зеркало. Эмили проделала отличную работу, она зачесала челку на один бок и придала ей почти нормальный вид.

– Отлично. Спасибо.

– Тебе нужно много воска и лака, чтобы закреплять ее на одном месте, но это поможет. И прошу тебя не ходи больше к этой женщине.

– Не пойду. Извини. Спасибо еще раз.

Ужин проходил в ресторанчике на открытом воздухе в Топанга-Каньон. Действующие лица: я, Эмили, Элен, Анна, мама и папа. Папа с гордостью демонстрировал свою шею, которую вправили на место. «Я думал, что выстрелили из ружья, а оказалось, это моя шея так хрустнула!»

Мы все втиснулись в джип Эмили. Ресторан был просто прекрасен. Фонарики свисали прямо с деревьев, шум прибоя выдавал близость океана, и здесь было прохладнее, чем в низине.

Никаких следов Шэя. Мы всей толпой засели в баре, чтобы подождать его. Я нервно удалилась в дамскую комнату осмотреть свою челку. Не стоило этого делать. Когда я вернулась, то Эмили с папой ощетинились друг на друга. Атмосфера накалилась.

– Мистер Уолш, – сказала Эмили. – Я не хочу даже ссориться по этому поводу.

– У меня тоже есть гордость, – не уступал папа.

– Давайте я объясню еще раз, – продолжила Эмили. – Сначала я покупаю всем выпить. Я здесь живу. Вы – мои гости. Соответственно, сначала покупать выпивку должна я.

Папа мрачно спросил:

– А потом?

– А потом кто-то из вас.

– Кто именно?

– Не знаю. Разберитесь между собой.

Но случилось так, что сначала выпивку всем купил Шэй. Он прогулочным шагом зашел в бар, такой привлекательный со своими светлыми волосами. Показал бармену какую-то золотую карточку, а потом с улыбкой поздоровался по очереди со всеми нами.

– Привет, Мэгги, ты отлично выглядишь. И ты тоже, Эмили. А вот и Клер. Ой, простите, миссис Уолш, мне на секунду показалось, что это не вы, а Клер.

Затем он подошел к Элен, которая была красивее, чем все мы вместе взятые. Но она оскалила зубы, и он позабыл все, что хотел сказать. До Анны он так и не добрался. Вместо этого, папа втянул его в беседу и поведал, как громко хрустнула его шея, когда вправляли позвонки. «Я думал, что это из ружья выстрелили, правда-правда».

Мы выпили и пошли к нашему столику. Под куполом звездного неба, в окружении шелеста благоухающих деревьев. Официант уже полным ходом демонстрировал свое умение.

– Откуда вы, ребята? – воскликнул он.

– Из Ирландии.

– Иллинойс? Понятно.

– Нет, мы… Хотя ладно, проехали…

После чего перед нами разыграли целое представление, рассказав о специальном предложении на сегодня, о вегетарианских блюдах, о всякой всячине без лактозы и жира. В основном официант обращался к Шэю, который бормотал что-то одобрительное, пока этот парень не убрался восвояси. Тогда Шэй сказал:

– Господи, он, наверное, утомил вас. Почему всегда так сложно просто принять заказ без этих штучек-дрючек? Полагаю, потому что мы в Лос-Анджелесе.

– Тебе здесь нравится? – спросила мама.

– Да, – задумчиво ответил он. – Надо только уяснить себе, что этот город живет только кино, а все остальное не имеет значения. Помните, американских заложников освободили в Ираке?

Все кивнули, хотя я не уверена, что они действительно помнили.

– Я в тот день обедал в «Гриль-Рум» с двумя агентами. А один и говорит: «Вы слышали, что заложников выпустили?» А второй отвечает: «Выпустили „Заложников"? Я даже не знал, что этот фильм начали снимать!» Вот такие здесь нравы. Эй, мистер Уолш, – попросил Шэй. – Расскажите историю о снукере.