— Вы встретили кого-нибудь из знакомых?

— Нет.

— А когда вы вернулись домой?

— Не помню. Знаю только, что еще не рассвело.

— А туман еще тоже не рассеялся? — послышался голос в углу.

Кэрролл вздрогнул:

— Нет.

— Туман рассеялся около двух часов ночи, мистер Кэрролл, — заметил Эллери.

— Вы уверены, что не помните время даже приблизительно? — Инспектор Квин был само терпение. — Я имею в виду время вашего прихода домой?

В голосе Кэрролла послышались упрямые нотки:

— Я просто не обратил внимания.

— Может быть, это сделала миссис Кэрролл?

— Моя жена спала. Я не стал ее будить.

— Пункт третий, — продолжал инспектор. — Отсутствие алиби. И пункт четвертый: отпечатки пальцев.

— Отпечатки пальцев? — запинаясь, переспросил Кэрролл.

— Джона? Где, инспектор? — резко осведомился Талли Уэст. — Если вы нашли их на пистолете, то должны понимать, что это ничего не значит.

— Мы редко находим отпечатки на пистолетах, мистер Уэст. Они были в машине Ханта.

«Так вот почему у меня брали отпечатки в понедельник…» — подумал Кэрролл сквозь шум в ушах. Он быстро моргнул, услышав знакомую насмешку в голосе партнера:

— Уверен, что вы нашли там и другие отпечатки, помимо Джона и самого Ханта.

Старик выглядел заинтересованным.

— Чьи, например?

— Там должны быть отпечатки пальцев смотрителя платного гаража, где Хант держал свой автомобиль.

— Ну?

— И конечно, несколько моих, — с улыбкой добавил Уэст.

— Ваших, мистер Уэст?

— Боюсь, мне придется настаивать, чтобы вы взяли отпечатки и у меня. В четверг вечером — практически накануне убийства — Хант подвозил Джона и меня домой в своем «тандерберде».

— Можете не сомневаться, мистер Уэст, что мы окажем вам эту услугу, — фыркнул инспектор и бросил взгляд на кожаное кресло.

— У меня к вам наивный вопрос, Кэрролл. — Эллери изучал кольца дыма от своей сигареты. — Вы убили Мередита Ханта?

— Нет, черт возьми! Я никого не убивал со времен Лейте. [20]

— Пожалуй, Джон, я посоветую тебе больше ничего не говорить. — Талли Уэст поднялся. — Это все, инспектор?

— Пока да. И еще, мистер Кэрролл…

— Да?

— Вы не должны покидать город. Понятно?

Джон Кэрролл молча кивнул.

Проходя через вестибюль Главного полицейского управления и спускаясь на тротуар по выщербленным ступенькам, партнеры не произнесли ни слова. Но когда они ехали в такси, Кэрролл пробормотал:

— Талли, я должен кое-что знать.

— Что именно?

— Ты думаешь, что я убил Мередита?

— Конечно нет.

— Ты действительно думаешь так?

Монашеское лицо Уэста сморщилось.

— Мы, Уэсты, не ставим себя под удар с тех пор, как моему прадедушке снесло голову в Ченселлорсвилле. [21]

Кэрролл откинулся на сиденье. Его старший компаньон смотрел в окошко на Четвертую авеню.

— С другой стороны, не стоит опираться на травинку, когда рядом валун. Мои знания законов о корпорациях и налогах — как и твои, Джон, — не слишком помогут, если этот хитрый старый кот решит прыгнуть. Тебе вскоре может понадобиться опытный адвокат по уголовным делам. По правде говоря, я думаю о Сэме Рейфилде.

— Понятно. Хорошо, Талли, как скажешь. — Кэрролл изучал нарыв на затылке водителя. — Господи, Талли, как все это подействует на Хелену и на детей?

Он повернулся к окошку — его губы дрожали.

Детектив из 17-го участка произвел арест во второй половине дня. Он и его напарник появились в офисе фирмы «Хант, Уэст и Кэрролл» на Мэдисон-авеню незадолго до пяти. Кэрролл узнал в них тех, кто допрашивал его в субботу, — очевидно, это были местные детективы, ведущие дело.

Мисс Мэллоуэн не вовремя упала в обморок. Секретарша Талли Уэста вытащила ее из комнаты.

— Я бы хотел позвонить жене, — сказал Кэрролл.

— Звоните, но поскорее.

— Слушай, дорогая, — заговорил Кэрролл в телефонную трубку, удивляясь спокойствию собственного голоса. — Я арестован. Не вздумай бежать в тюрьму, слышишь? Я хочу, чтобы ты оставалась дома и заботилась о детях. Понятно, Хелена?

— Слушай меня. — Голос Хелены был таким же спокойным. — Предоставь все Талли. Я скажу детям, что ты уехал по делам, и навещу тебя, как только они меня отпустят. Понятно, дорогой?