Сейчас эти самолеты собрались здесь, ровно половина от их численности. Вообще-то это было против правил — собирать самолеты все вместе, обычно удар они наносили внезапно, следуя по обычному пассажирскому маршруту и до «времени Ч» ничем себя не выдавая. Но тут случай был особый. Учитывая потребное к сбросу количество ракет, Генеральный штаб просто не смог найти столько пассажирских маршрутов в этой части света, чтобы оправдать появление сразу двенадцати тяжелых самолетов. Поэтому и решили их сосредоточить здесь, а заодно и провести учения. С боевой стрельбой. Обычные бомбардировщики решили не задействовать — после недавних событий Британия ждала неприятностей и тщательно наблюдала за всеми базами ВВС и ВМФ, где находились носители, способные нести оружие стратегического уровня. Массированный взлет стратегических бомбардировщиков сразу был бы замечен системами раннего предупреждения.

Пока техники возились около самолетов, короткий строй — несколько десятков человек — выстроился у ангаров в темноте. Люди без лиц, без права на разглашение, числящиеся техниками, интендантами, снабженцами — а на самом деле являющиеся высококлассными специалистами бомбардировочной авиации, которыми мог бы гордиться воздушный флот любого государства. Перед ними стоял их командир, генерал-майор от авиации Горчаков. В главном штабе ВВС он числился начальником департамента по связям с общественностью.

— Господа! — Голос генерал-майора Горчакова был сух, спокоен и тверд. — Без малого два месяца назад на Россию было совершено злодейское, вероломное нападение. Те, кто напал на нас, испугались встретиться с нами в честном бою, вместо этого они подослали к нам убийц, а когда у них ничего не вышло — открестились от них, бросив на произвол судьбы. Это люди без чести, без совести, без стыда, они бьют в спину ножом и уже сейчас, заверяя нас в своем миролюбии, снова точат свой нож. Это британцы, господа! Секретным указом Государя Императора Всероссийского нам поручено покарать злодеев, надолго отбить у них охоту соваться к нам! Вам, лучшим экипажам русских ВВС, выпадает тяжелая и почетная миссия — идти первыми. Вы должны ударить врага тогда, когда он этого совсем не ждет, уничтожить его основные центры обороны, расчистить путь для тех, кто пойдет следом за вами. Вы — наконечник копья, вы не имеете права на ошибку, ваша ошибка — это гибель ваших товарищей, тех, кто пойдет следом за вами. Кто не готов — шаг вперед!

Монолитный, единый строй остается стоять недвижно на месте.

— Иного я и не ожидал! Свое задание вы знаете. С нами Бог!

— С нами Бог, за нами Россия! — слитно, на одном дыхании гремит во тьме.

— По машинам!

Генерал морщится, он единственный знает, что эти экипажи — первые и последние, за ними никто не пойдет. Вторжения в Северную Индию, на чем настаивал Генштаб, чтобы раз и навсегда наказать Британию, зарящуюся на нашу землю, показать, что тот, кто зарится на чужое, вполне может лишиться и своего, не будет, Государь запретил. Государь не любит войны, хоть и сам служил. Россия не претендует ни на чьи земли, у нас их без этого, слава Богу, хватает — таковы были его слова. А вот раз и навсегда показать, что террористы не спрячутся нигде, что ни один человек не может чувствовать себя в безопасности, укрывшись границами и готовя новый злодейский замысел против России, — вот это они покажут. Как следует покажут!

Экипажи поднимаются по легким алюминиевым трапам в кабины своих серебристых птиц, техники убирают колодки из-под шасси, отгоняют технику. Матово-зеленым светом в кабинах вспыхивают дисплеи систем.

— Контроль функционирования самолета!

Бортинженер начинает перечислять все основные узлы и агрегаты самолета, подтверждая, что каждый в норме. Тут тоже «читают Библию», как и у вертолетчиков…

— Все системы самолета функционируют штатно, начать запуск двигателей с первого по четвертый!

Один за другим оживают двигатели, наполняя ночную степь особым, напряженным, вибрирующим гулом. На самолетах этого семейства стоят уникальные турбовинтовые двигатели, с двумя вращающимися в противоположных направлениях многолопастными винтами, прикрытыми кожухами. Эти двигатели внешне чем-то похожи на обычные реактивные двигатели, но именно похожи — турбовинтовики хоть и шумнее, но экономичнее и мощнее. Этот самолет может, как и его гражданские собратья, пролететь без дозаправки двадцать одну тысячу километров — ни один самолет с обычными реактивными двигателями не повторит подобное. Вдалеке ослепительно-ярким после кромешной тьмы светом вспыхивают прожекторы, подсвечивающие ВПП ночью, — отсюда они кажутся светящимся ограждением волшебной, ведущей прямиком на небо дороги…

— Молот — один и два, на исходную!

Пузатые грузные самолеты, натужно гудя моторами, трогаются с места, вальяжно движутся по рулежкам, останавливаются в самом начале огражденной светом прожекторов взлетно-посадочной полосы. Ночные диспетчеры гражданского терминала, заранее предупрежденные, держат коридор для взлета.

— Молот-один рулежку закончил, на исходной, прошу разрешения на взлет!

— Молот-два рулежку закончил, на исходной, прошу разрешения на взлет!

У сервисного центра — об этом мало кто знает — есть своя диспетчерская комната и есть свои диспетчеры. Они сейчас и дирижируют этим оркестром.

— Молот-один и Молот-два, взлет разрешаю! Молот-три и Молот-четыре, на исходную!

Натужный гул турбовинтовых двигателей переходит в рев по мере того, как командиры кораблей двигают рычаги управления тягой от себя. Второй пилот монотонно читает текущую скорость самолета…

— Точка невозврата!

Желтые пятна прожекторов мелькают все быстрее и быстрее, стремительно приближается конец длинной ВПП.