Шрифт:
– Гермиона, надеюсь, ты уже готова, потому что мне хотелось прибыть немного…
В комнату ворвалась леди Уолбрук во всем своем великолепии: огромный тюрбан с развевающимися перьями и роскошное платье цвета ярко-красного пиона. Гранд-дама остановилась на пороге, застыла на мгновение, широко улыбаясь… во всяком случае, пока не обозрела открывшуюся перед ней сцену. Ошеломленно открыв рот, она уставилась на дочь с таким видом, словно только сейчас обнаружила ее на месте преступления с лакеем!
Леди Уолбрук, склонная к театральным эффектам, побледнела и схватилась за дверную ручку, чтобы не упасть в обморок.
– Гермиона?! Что все это значит?
Под «этим» она подразумевала книги, как взятые у Мэри, так и ту, которую она стащила… то есть приобрела у мистера Крикса.
– Ты… ты не можешь… объяснить… неужели ты читаешь?!
– Простите, матушка, – поспешила объяснить Гермиона. – Помните, вы сами просили меня вникнуть в сущность характера моего персонажа, и я попросила помощи у мисс Кендалл…
– Этот «синий чулок»! – ахнула леди Уолбрук, раскачиваясь, как тонкий саженец под ураганным ветром. – Я велела спросить у нее. А не тащить сюда всю библиотеку Кендаллов!
– Я только…
– А это?
Мать обвиняющим жестом указала на нос Гермионы. Та схватилась за переносицу.
– Я не смогла разобрать всех слов и решила позаимствовать старые очки Корделии.
Уж лучше бы она сообщила матери, что собирается выйти замуж не за герцога, а за нищего.
– Немедленно сними! – взвилась графиня. Гермиона поспешно спрятала очки под подушку.
– Мама, честное слово, причин расстраиваться нет! Большинство книг на греческом и латыни. По крайней мере мне так кажется. Я думала отослать их к Корделии и попросить перевести…
«Опять ты ляпнула не то, Гермиона…»
– О небо, ну почему мне не довелось иметь обыкновенную дочь! Хотя бы одну! – зарыдала мать, переходя от взрыва ярости к неприкрытой скорби. – Ту, которая таскала бы у меня французские романы и изучала бы единственную книгу: «Дебретт». [4]
4
Ежегодный справочник дворянства.
– Я всего лишь делала все, как вы велели! – парировала Гермиона. – Вы сами сказали, что нужно вникнуть в суть персонажа, если хочу, чтобы мой Калибан был убедителен. Мисс Кендалл предложила…
– Я хотела, чтобы ты прочитала пьесу. Подумала над стихами мистера Шекспира. А не проводила исследование.
Она вздрогнула, словно одного этого слова было достаточно, чтобы упасть на пол и биться в конвульсиях.
– Я немедленно уберу их, матушка, – заверила Гермиона, спеша к кровати.
Дело в том, что не так давно старшая сестра Корделия объявила, что предпочитает науку замужеству, и уехала в Бат, навсегда похоронив надежды матери на удачный брак дочери. Несчастная леди Уолбрук несколько месяцев была безутешна.
– Ничего подобного, – объявила леди Уолбрук. – Доркас!
На громовой крик прибежала ее преданная горничная Доркас.
– Доркас, возьми эти ужасные фолианты и верни мисс Кендалл! Немедленно!
Доркас со своей обычной терпеливостью поспешила к кровати. Гермионе ничего не осталось делать, как отдать книги, которые она держала в руках.
– Все! – потребовала мать.
Гермиона собрала остальные тома и уже хотела протянуть Доркас, однако заметила сочинение Подмора, лежавшее у ее ног.
Очевидно, она так резко вскочила, что книга незамеченной упала на пол.
Гермиона решила, что будет лучше, если книга останется не замечена матерью.
– Maman, это новое платье? Цвет поразительно вам идет! – объявила она, добавляя последние тома к солидной стопке, которую держала Доркас, и одновременно запихивая ногой под кровать труд Подмора. – Мне всегда казалось, что вы должны почаще носить ярко-красный! – Гермиона ослепительно улыбнулась.
Леди Уолбрук тяжко вздохнула, провожая взглядом Доркас, но тут же просияла при упоминании о платье.
– Да, ты права, дорогая. Только боюсь, злые языки начнут болтать… в моем возрасте… – Она осеклась, словно ожидая, что ее будут разубеждать.
И Гермиона ее не разочаровала:
– Нет, maman! Никогда! Цвет выглядит просто божественно!
Мать приосанилась и разгладила юбку и рукава. Однако хорошее настроение тут же покинуло ее, стоило только снова взглянуть на дочь.
– Господи милостивый, Минни! – взвизгнула она, угрожающе щурясь. – Ты не одета! Через десять минут мы должны ехать на бал к леди Терлоу, а у тебя волосы в полном беспорядке!