– Не проси их! Во-первых, никакая группа не может передать тебе свою магию, хотя формально Департамент Аудиторства не запрещает такого рода займы.

Но процедур для этого – магических процедур – просто не существует. Во-вторых, они очень высоко ценят те принципы магии, которыми обладают, и твоя просьба была бы нетактичной.

– Ладно, – смирился Джим. – Это была только мысль. У нас скоро будет последнее собрание, прямо в замке. Завтра мы встретимся в лесу на некотором расстоянии от места, где соберутся полые люди; там мы с Дэффидом и с Брайеном, если он решится, покинем остальных и поедем раздавать золото полым людям. А потом уже маленькие люди и приграничные жители нападут на полых людей и будут сражаться с ними до полного их уничтожения. – Джим немного помолчал и задумчиво добавил:

– Если бы я мог как-нибудь связаться с тобой в трудный момент!

– Хорошо! – неожиданно сказал Каролинус. – Я не собираюсь нарушать правила, я просто их немного обойду. Если тебе действительно понадобится моя помощь или ты ощутишь покалывание в правом локте, закрой глаза – и сразу увидишь меня. Вслух не говори; только думай, что хочешь мне сказать. Сможешь?

– Конечно! – обрадовался Джим.

– Я делаю это не потому, что я буду нужен тебе, а потому, что ты можешь мне понадобиться, – пояснил Каролинус. – Учитель имеет право вызвать ученика или задать ему какой-нибудь вопрос, не так ли? Если Департаменту Аудиторства это не понравится, пусть обращаются ко мне.

– Спасибо.

– Вельзевул и Вельшазар! – выкликнул Каролинус, снова превращаясь в сварливого старика. – Перестань меня благодарить! Тебе нужно исполнять долг ученика, только и всего! А теперь уходи. У меня еще много дел.

– Да, конечно. До свидания.

– До… – ответил Каролинус, – свидания!

Он исчез в мгновение ока. Джим лежал на спине с открытыми глазами, глядя на высокий неровный каменный потолок.

Джим встал. Он собирался покинуть комнату, но искушение взяло верх.

По-видимому, здесь никто не мог его услышать.

– Департамент Аудиторства, – позвал он.

– Да? – внезапно ответил низкий голос где-то возле его левого локтя.

Джим вздрогнул. Голос Департамента Аудиторства почему-то всегда вызывал у него желание подпрыгнуть, хотя обычно он этого не делал.

– Как много у меня осталось магической силы? – спросил Джим. – Смогу ли я завтра приобрести чужую внешность и потом сделаться невидимым?

– Это зависит от того, как долго ты собираешься сохранять чужую внешность, – ответил Департамент Аудиторства. – Еще вопросы есть?

– Нет, – буркнул Джим.

В комнате стало тихо. Джим мрачно подумал, что мог бы и не задавать свой вопрос. Это ничего ему не дало. Конечно, магией нельзя пользоваться слишком долго. Но что значило слишком долго в данном случае? Джим не знал. Да, пожалуй, не мог знать и Департамент Аудиторства, поскольку время, которое Джиму нужно было провести в облике Мак-Дугала, зависело от того, когда начнется атака и отвлечет от него внимание полых людей.

После этого он мог опустить забрало и, спустившись с возвышения, с помощью Дэффида и, вероятно, Брайена начать пробираться сквозь ряды полых и кольцо маленьких людей и приграничных жителей к безопасному месту.

Солнечные лучи уже не сочились сквозь стрельчатые окна, и в комнате воцарился мрачный сумрак. В любом случае пора уходить, и факел зажигать ни к чему. Джим вышел из комнаты и направился в большой зал.

Спускаясь по винтовой лестнице, он думал, что, вероятно, придет раньше других, но в этом нет ничего плохого. Однако, войдя в зал, он с удивлением обнаружил, что многие опередили его. За столом сидели Геррак и его сыновья, кроме Кристофера, а также Дэффид и Брайен. Ивен Мак-Дугал отсутствовал.

– Где Мак-Дугал? – спросил Джим, присоединяясь к остальным.

– Он в своей комнате, – ответил Геррак. – У его дверей надежная охрана. Я сказал ему прямо, что у меня важное дело и он останется в своей комнате, пока я не сочту нужным выпустить его. У него есть еда и питье. Слугам даны указания снабжать его лучинами для факелов и выносить ночной горшок, если понадобится.

Забудем о нем на время. Остальные скоро будут здесь. А пока я бы посоветовал всем присутствующим, – он строго посмотрел на своих сыновей, которые как всегда словно съежились под его взглядом, – расслабиться, отвлечься от мыслей о завтрашнем дне и принять по возможности безразличный вид. Пусть у тех, кто скоро к нам присоединится, не будет повода думать, будто мы замышляем что-то за их спинами.

– Отличная идея, сэр Геррак! – воскликнул Брайен. Он зевнул и совершенно естественно расслабился, вытянув ноги. – Все-таки завтра будет веселый денек. Я жду его с нетерпением.

– У вас больше склонности к сражению, чем у многих из нас, – заметил Геррак. – Но вы подаете добрый пример. Я же постараюсь не думать о том, зачем мы здесь собрались и что произойдет завтра.

В этот момент вышла Лизет и тоже села за стол.

– Ты можешь побыть с нами, Бет… – прогрохотал Геррак. Джим впервые услышал, как ее назвали укороченным, вероятно, принятым в кругу семьи именем.