– Пока я жив, я буду с тобой, Оран.

– Спасибо, Словиэль, – Император снова оглядел комнату, и голос его стал несколько тревожным. – Но я хотел бы знать, что случилось с Вотаном? Почему его нет?

– Ему пришлось ненадолго уйти, Оран, – сказал Словиэль. – Он велел мне оставаться с тобой пока не вернется обратно.

Лицо Императора посветлело и опять озарилось теплой улыбкой.

– Ну, тогда все в порядке! – счастливым голосом сказал он. Он обнял Словиэля за плечи и еще раз оглядел всю комнату. – О, да здесь маленькая Афуан… и маленькая Ро, и наш маленький Дикий Волк. Бывший Дикий Волк, я бы сказал.

Он взглянул на Джима, и его улыбка сменилась торжественным, немного грустным выражением.

– Ты ведь нас покидаешь, да, Джим?.. – спросил он, явно извлекая его имя из каких-то тайников своей памяти. – Мне показалось, что ты только что сказал нечто похожее.

– Да, Оран, – подтвердил Джим. – Мне надо сейчас идти.

Император кивнул головой, все с тем же грустно-торжественным выражением.

– Да, я действительно это слышал, – сказал он словно сам себе. Он в упор посмотрел на Джима. – Я ведь иногда слышу кое-что, даже когда не слушаю. И иногда я кое-что понимаю, намного лучше, чем любой из Высокородных. Это хорошо, что ты возвращаешься на свою родную планету, Джим.

Рука Императора соскользнула с плеча Словиэля. Он сделал шаг вперед и остановился, не переставая глядеть на Джима.

– Твой мир полон молодой энергии, Джим, – сказал он. – А мы здесь устали. Очень устали. С тобой и другими Дикими Волками будет хорошо, Джим. Я вижу это – ты же знаешь, что достаточно часто я могу видеть все довольно ясно…

Его лимонно-желтые глаза, казалось, заволоклись туманом, и он стал смотреть сквозь Джима.

– Я вижу, что с тобой все будет хорошо, Джим, – произнес он. – С тобой и другими Дикими Волками. А то, что хорошо для тебя, хорошо и для всех… всех нас.

Его глаза вновь сфокусировались на лице Джима.

– Что-то говорит мне, что ты оказал мне огромную услугу, Джим. Мне бы хотелось прежде, чем ты уйдешь, утвердить твое усыновление. Да, с этих пор я объявляю тебя Высокородным, Джим Кейл.

Он внезапно рассмеялся.

– Хотя я не даю тебе ничего такого, чем бы ты уже ни владел.

Он выпрямился и посмотрел на Словиэля.

– Что мне делать сейчас? – спросил он его.

– Я думаю, что сейчас нужно отослать Афуан обратно домой, – сказал Словиэль, – и сказать ей, чтобы она оставалась там, пока не услышит от тебя другого приказа.

– Да будет так.

Взгляд Императора пробежал по залу и уперся в Афуан, но она смотрела на него лишь секунду, а затем отвела свой взгляд на стоящих рядом Ро и Джима.

– Грязнолицая! Дикарь! – выкрикнула она. – Убирайтесь в свои кусты и размножайтесь там!

Джим весь напрягся, но Ро поймала его за руку.

– Ну! – сказала она почти с гордостью. – Разве ты не видишь? Она ревнует! Ревнует ко мне! – Все еще крепко держась за его руку, она взглянула прямо ему в лицо. – Я иду с тобой, Джим, – сказала она, – в твой мир.

– Да, – неожиданно прозвучал задумчивый голос Императора. – Это правильно. Так я все и видел. Да, маленькая Ро должна пойти с ним…

– Афуан! – резко сказал Словиэль.

Принцесса бросила на него исполненный ненависти взгляд, точно такой же, как до этого на Джима и Ро. Затем она исчезла.

Внезапно в голове у Джима все поплыло. Он изо всех сил напрягся и взял себя в руки, и комната перед ним приобрела нормальные очертания.

– Тогда нам надо быстрее отправляться, – сказал он. – Я пошлю к тебе Старкиенов со своего корабля, Словиэль. Тебе придется приставить их к охране Императора до тех пор, пока ты не сможешь вернуть с других Колониальных миров столько Старкиенов, сколько это будет возможно. Если ты поспешишь, ты еще многих успеешь спасти от этих ловушек с антиматерией Галиана.

– Я это сделаю. До свидания, Джим, – сказал Словиэль. – И спасибо.

– До свидания, Джим, – сказал Император. Он шагнул вперед и протянул руку.

Джим высвободил свою левую руку у Ро и неуклюже подал палец Императору.

– Адок, – сказал Император, не выпуская руки Джима и оглядываясь на Старкиена, – у тебя есть семья?

– Теперь уже нет, Оран, – ответил Адок своим обычным бесстрастным голосом. – Мой сын вырос, а моя жена вернулась обратно в женское поселение.

– Ты бы хотел пойти с Джимом? – спросил Император.

– Я… – За все время, которое Джим знал его, Старкиен, впервые, казалось, потерял дар речи. – Я не привык желать или не желать чего-то, Оран.

– Если я прикажу тебе отправиться с Джимом и Ро и оставаться с ними до конца жизни, – проговорил Император, – ты подчинишься с охотой?

– Да, Оран, – сказал Адок.

Император выпустил руку Джима.

– Тебе понадобится Адок, – сказал он ему.

– Спасибо, Оран.

Ро вновь схватила Джима за руку.

– До свидания, Оран. До свидания, Словиэль, – сказала Ро.