— Только подождите лет десять, — ехидно усмехнулась Кармен. — Кое-кто для вас отфильтрует информацию, скажет что можно знать и что нельзя. А потом начнете диссертацию строчить…

На другой день Виктор проснулся очень рано. Он принял контрастный душ, натянул свитер, потому что с утра погода не жаловала теплом, и вышел на улицу. Тяжелый сырой туман заслонил небо и солнце. Было трудно дышать влажным воздухом. Вообще, в прибрежных районах материка выпадало очень много осадков. Господствовал влажный умеренный климат. А центральные районы огромного континента столетиями испытывали на себе жесточайшую засуху.

Свитер мгновенно впитал влагу из воздуха, потяжелел и, кажется, совсем перестал удерживать тепло. Новиков продрог, но в надувную палатку не вернулся. Он осторожно шел вдоль ограждения, стараясь не поскользнуться, ведь тропинка, благодаря сотне человеческих ног превратилась в грязевую кашу. Утреннюю тишину нарушало щебетанье птиц, да отдаленный механический рокот тоннелепроходческой машины. Казалось, будто бы холм дышит довольно часто, но ровно. А на самом деле его плоть грызет безжалостный металлический червяк.

Солдат привычным и доведенным до автоматизма движением вскинул автомат.

— Свои, — поспешно крикнул Виктор по-английски.

— Чего не спится? — недовольно пробурчал десантник.

— Не знаю, не спится и все, — ответил этнолог.

— Бывает.

— Возле тоннеля есть кто-нибудь?

— Да, профессор ваш и этот, «золотопогонник».

Военные недолюбливали контактную разведку. Считали офицеров ФСКР белоручками, привыкшими загребать жар чужими руками.

Тоннелепроходческая машина с завидным аппетитом грызла землю, пройдя за ночь добрых шестьдесят метров и укрепив тоннель полукруглыми плитами из легкого, но прочного композитного материала.

— Идем с перевыполнением графика, — сообщил Виктору Коллинз, кутаясь в куртку. — Если так дело пойдет — закончим к завтрашнему вечеру.

— Хорошая новость, — поддержал его Новиков.

— Отличная, — согласился профессор.

Оба ученых сосредоточенно смотрели в круглое пятиметровое отверстие, зияющее в чреве рукотворной горы. Неожиданно из тоннеля вышел Стаоал в строительной каске, удивительно легко перепрыгнул через широкий ленточный транспортер и направился к ученым. На его по-обыкновению сумрачном лице на сей раз сияла радостная улыбка. Он даже первым поздоровался с этнологом.

— Впереди только мягкий грунт, — восторженно проговорил он, усаживаясь на складной стул рядом с Коллинзом. — Строительный мусор прошли.

— Это если георадар не врет.

— Не должен, — капитан покачал головой. Он так и не понял, что Виктор подтрунивает над ним.

— Мало ли. Вдруг. Хрупкий прибор…

— Нет. Я сам проверил радар.

Тут даже профессор незаметно улыбнулся складками губ и подмигнул Новикову. Коллинз тоже не жаловал Стаоала.

Беседа так бы и свернула в сторону тривиальных обсуждений превратностей атенретской погоды, но случилось непредвиденное событие. Хлюпая армейскими ботинками по многочисленным лужам и грязи, почти не разбирая дороги, к навесу мчался низкорослый, но широкоплечий капрал Свами. Он заскочил под навес так шустро, словно решил спрятаться от несуществующего дождя. За спиной индуса висела спутниковая радиостанция.

— Господин профессор, вас вызывают, — доложил он, запыхавшись от быстрого бега, и протянул Коллинзу гарнитуру.

Англичанин принял гарнитуру, приложил наушник к уху.

— Профессор Коллинз, — протараторил он. — Да, да, господин полковник, я слушаю. Да, доброе. У нас все в порядке. А что случилось? У нас есть врач. Где это? Хорошо. Какие могут быть разговоры? Конечно, мы поможем, если это в наших силах. И вам того желаю. Конец связи, — профессор вернул гарнитуру. — Мистер Новиков, вы же изучали медицину?

— Да, немного. А что случилось?

— В двадцати километрах отсюда расположено поселение колонистов. Маленькую девочку укусило какое-то насекомое. Она в тяжелом состоянии. Надо помочь.

Виктор лишь кивнул головой.

— Капрал, лейтенант в курсе?

— Так точно. Бронетранспортер и первое отделение готово к маршу.

— Виктор, собирайтесь. А я пошел будить Кармен. Она специалист по местным токсинам.

На сборы потратили менее пяти минут, побросав в бронетранспортер контейнеры с медицинским оборудованием. Командира отделения, сонную Кармен и фельдшера усадили в десантный отсек. Все остальные облепили боевую машину сверху. Виктор пристроился возле башни, намертво вцепившись в поручень. Он успел переодеться в сухую и теплую одежду. Сержант Штерн умудрился связаться с колонистами. И пока бронетранспортер на бешеной скорости несся вдоль бесконечной стены леса, уверенно перепрыгивая через ухабы, Кармен разговаривала с незнакомым, но очень обеспокоенным человеком, пытаясь вникнуть в сложившуюся ситуацию. Затем она начала давать рекомендации. Судя по всему, счет шел на минуты. Фельдшер судорожно осматривал сумку с медикаментами. Наконец он успокоился и откинулся на спинку сиденья. Нужные лекарства имелись в наличии. Человеческая жизнь будет спасена.

Однообразие гонки по пересеченной местности, когда с одной стороны мелькают стволы и ветки деревьев, а с другой стороны, до самого горизонта простирается необъятная степь, а встречный поток холодного воздуха нестерпимо хлещет по лицу, разбавила неожиданная встреча с кочевниками. Светило ещё робко выглядывало из-за горизонта, туман начал рассеиваться, видимость улучшилась. И на фоне пробуждающейся ото сна природы совершенно неестественными казались четыре полуголых всадника, застывших у кромки леса. Они были вооружены короткими копьями, мечами и огромными луками. Излишне смуглые и черноволосые аборигены настороженно встретили взглядами приближающийся бронетранспортер. Их скакуны — желто-зеленые длинношеие, длинноногие мохнатые гигантские бескрылые птицы возбужденно топтались на месте и крутили головами, желая убраться восвояси от инопланетной опасности, однако боялись ослушаться наездников.