Шрифт:
— Зачем?
— Хочу знать точно, чей конкретно желудок тебя переварит, — улыбка старика не обещала ничего хорошего.
5
На девятой улице, вдоль дороги, росли стройные и высокие ромбообразные деревца. Перед каждым домом красовалась строгая, ухоженная желто-зеленая лужайка. По планировке это была чисто мениольская улица. А по скудности зелени окружающая обстановка напоминала предместье какого-нибудь земного города.
Возле нужного дома Виктор встретил молодую японку, одетую в белый летний наряд — шорты, футболку и панаму. Она спряталась от палящего солнца в бревенчатой беседке и что-то внимательно читала, держа в руках большую записную книжку.
— Добрый день, — Новиков поздоровался.
Девушка обернулась.
— Здравствуйте, — ответила она почему-то по-мениольски и привычно кивнула головой в знак приветствия.
— Не здесь ли живут археологи? — несколько рассеянный взгляд Новикова то осматривал фасад дома, то безуспешно пытался заглянуть в карие глаза девушки.
— Дайте угадать, — японка улыбнулась, перейдя на более привычный для неё английский язык. — Вы — Виктор Новиков? Верно?
— Верно, — этнолог тоже улыбнулся. — Не знал, что настолько популярен…
— Просто вы последний участник экспедиции, который ещё… только что приехал.
— Понятно. Давайте знакомиться. Мое имя вам известно…
— Aiko, — представилась неожиданная собеседница. — Айко Сайто. Я лингвист.
— Очень приятно. Ну, а я — этнолог.
— Проходите в дом. Профессор Коллинз где-то там. Он давно ждет вас.
Виктор кивнул головой, подобрал брошенные на землю вещи и направился к прозрачной двери. Но, не дойдя двух шагов до крыльца, вдруг остановился, оглянулся, улыбнулся, глядя на девушку, затем промолвил:
— Aiko — любимый ребёнок.
Японка подняла голову, оторвавшись от чтения, и удивленно взглянула на Новикова. Через секунду на её лице засияла улыбка.
— Да. А вы у нас победитель, — непринужденно рассмеялась она, вернувшись к первоначальному занятию.
Невысокий холл, имитирующий старинный английский стиль, встретил спокойствием и прохладой. За овальным столом чинно восседал профессор Коллинз, морща лоб и барабаня пальцами по полированной поверхности стола. Короткая стрижка совершенно не гармонировала с худым, даже тщедушным телом. На вид археологу было лет пятьдесят.
Напротив Коллинза расположился седовласый мужчина крепкого телосложения. Это был Амматаал. Его орлиный взор с некоторым сожалением и даже с благодушием созерцал соперника.
Чай давно остыл. А десерт не съеден.
В центре стола красовалась шахматная доска, заставленная резными фигурками. Напряженная партия была в самом разгаре. И, кажется, профессор Коллинз безнадежно проигрывал.
— Здравствуйте, — Новиков нарушил напряженную тишину.
Игроки обратили внимание на гостя. В мимике Коллинза проскользнули радостные мотивы.
— Виктор! — воскликнул он, кое-как выбравшись из-за стола.
Мужчины пожали друг другу руки, словно старые знакомые. Просто профессор действительно был рад отвлечься от шахмат.
— Анаабу, господин Амматаал, — Новиков поприветствовал мениольского ученого согласно инопланетной традиции.
— Анаабу, господин Новиков. Как добрались?
— Замечательно.
— Что ж, Виктор, — Коллинз нехотя вернулся к столу. — Поднимайтесь на второй этаж. Комната номер 237. Устраивайтесь. Мы уже обедали, но вас покормят. Столовая на третьем этаже. Вечером, в двадцать пять тридцать, по местному времени, соберемся в библиотеке, обсудим планы на ближайшую перспективу. А до этого времени можете располагать собой по собственному разумению. Познакомьтесь с коллегами. Побродите по городу…
— Хорошо, мистер Коллинз. До вечера, — Виктор повернулся к инопланетянину и церемониально склонил голову. — Господин Амматаал…
— До вечера, — согласился Амматаал, ответив стандартным наклоном головы.
Этнолог удалился, поднявшись вверх по лестнице.
— Тебе известно кто его тесть? — неожиданно спросил Амматаал.
— Твой соотечественник. И что?
— Я не об этом.
— Да, знаю. Интересовался. Ведь это ты рекомендовал взять парня в экспедицию.
— Его тесть один из первооткрывателей этой планеты. Правда, сам Новиков вряд ли об этом знает. Генерал Сенукар вышел в отставку и не любит вспоминать службу в ФСБР, особенно Атенрет…
На улице нещадно палило небесное светило. Город почти вымер. Местные жители предпочитали не выходить из дома, прячась за прочными бетонными стенами, променяв удушливую жару естественной атмосферы на искусственный прохладный микроклимат.
— Не жалеете, что поддались уговорам и пошли со мной? — поинтересовался Новиков, глядя на утомленной лицо японки.
Они неторопливо брели по раскаленным улочкам. Айко выступала в роли гида, знакомя коллегу с городом.
— Нет, не жалею.