– Что там, Серега?

– А фиг его знает, – пробурчал тот, бесстрашно засовывая в пустоту руку. – Какой-то лаз.

– Лаз? Точно лаз?

– Помоги-ка мне больше сдвинуть. А то дальше не идет.

Оба студента навалились на плиту. Она сразу же дрогнула, не выдержав дружного натиска, и еще больше подалась в сторону. Перед археологами предстало зияющее отверстие без дна.

– Ого, – повторился Сергей. – Да тут фонарь нужен.

В жизни каждого человека бывают удачные находки. Некоторые из них никому показывать не хочется, а вот другие, например рифмы или рассказы, иногда просто требуют поделиться ими со всем миром и как можно скорее, невзирая на то, пойдет это миру на пользу или нет. Загадочное отверстие, скорее всего, относилось к последней категории.

– И Афоня тоже нужен, – буркнул Виктор и, обернувшись к сидящему профессору, изо всех сил завопил самым уважительным криком, на который только был способен:

– Антон Афанасьевич! Идите сюда! Мы кое-что нашли!

Тот не заставил себя ждать – видимо, ему порядком наскучило сидение без дела. Резво вскочив на ноги, профессор быстро засеменил к месту раскопок.

Серега между тем засунул голову в отверстие и пытался осмотреться. Не было видно ни зги.

– Что тут у вас? – поинтересовался приблизившийся профессор, слегка запыхавшись.

– Да вот, – отодвинулся в сторону Виктор, чтобы не загораживать обзора своему наставнику. – Лаз какой-то.

– Лаз? – поразился тот. – Какой еще лаз? Он куда-то ведет?

– Не знаем еще, Антон Афанасьевич. Пытаемся выяснить.

– Ну-ка назад! Сергей, назад! Кому сказано? Нечего совать голову неизвестно куда.

– Да не видно же ничего, Антон Афанасьевич! – отозвался молодой археолог, разочарованно приподнимаясь над отверстием.

– Вот-вот! Не видно, а голову прямо в темень засунул. А ну придавит там тебя что-то? Эх, молодежь! Опыта никакого, а энергия так и хлещет.

Студенты промолчали. У них не было сомнений в том, что Антон Афанасьевич обладает огромным опытом. Вот только копать не хочет. Хотя, может быть, потому и не хочет, что опыт не велит.

– Виктор, беги за фонарем. Он в моей машине в багажнике. Там же возьми веревку, пару касок и противогазы. Вот ключи.

Антипов не позволил себе удивиться такой запасливости профессора, а бросился к машине, припаркованной почти в полукилометре от места раскопок. Хотя причины удивляться были. Ну вот, казалось бы, зачем могли понадобиться противогазы и каски, если ясно, что раскопки поверхностные? Виктор ни за что бы не догадался их захватить. А профессор догадался.

Студент пробежал мимо других групп, которые уже отрывались от своей работы, чтобы выяснить, что же нашла команда Антона Афанасьевича. Из этих копателей Виктор почти никого не знал. На раскопках работали несколько независимых групп, каждой из которых руководил либо преподаватель, либо научный работник.

Подойдя к профессорской машине, студент открыл объемный багажник с твердым намерением быстро взять самое необходимое и устремиться обратно. Увы, достаточно было бросить лишь один взгляд на содержимое, чтобы понять, что этот план в кратчайшие сроки неосуществим. Багажник был полон. Если до сих пор Виктор имел высокое мнение о запасливости профессора, то сейчас это мнение скакнуло до небес. Чего там только не было! Палатка, разнообразные инструменты, скалолазное снаряжение, несколько больших и маленьких фонарей, множество вещей непонятного предназначения и, что окончательно добило молодого человека, акваланг.

Задаваясь вопросом, зачем же Афоне понадобился акваланг во время явно сухопутных раскопок, Виктор пытался отыскать порученные ему вещи. С большим трудом, но это удалось. Обратно пришлось возвращаться под тяжестью ноши: моток веревки и противогазы не были легкими. Впрочем, любопытство придавало дополнительные силы.

Когда студент вернулся к загадочному отверстию, рядом с находкой уже скопилось множество людей. Профессор с какими-то двумя седовласыми учеными степенно обсуждали, что бы это могло быть. Студенты не отставали от них и не только вели беседу в своем кругу, но еще пытались встрять в разговор мэтров.

– Думаю, что это ход в какое-то сохранившееся помещение, – говорил один из ученых.

– Оно слишком низко расположено, – спорил с ним другой. – Опора храма сейчас должна быть лишь чуть ниже уровня земли. А вот несущую систему мы как раз раскапываем. Те рухнувшие колонны например.

– Тогда это подвал!

Оба – и его оппонент, и Антон Афанасьевич – энергично покачали головами, не соглашаясь.

– Подвал? Это же нонсенс! – заметил профессор. – Греки не делали таких подвалов в храмах при строительстве.

– Не делали, да. Но его могли пристроить позже.

– Позже? Немыслимо! Нарушение всей структуры храма! Да и зачем?

– Коллеги, не будем спорить. Нам нужно сначала выяснить, кому вообще этот храм принадлежал. Какому богу был посвящен. Может быть, существовали какие-нибудь нюансы.

– Никогда не слышал о таких, – скептически ответил Антон Афанасьевич, но спорить прекратил.

– Может быть, это не храм, а гробница? – подал голос один из студентов, щуплый человечек в кепке.