"Декаданс" в сингле не рулил. Угловатые диалоги и предсказуемое поведение ботов убивало неповторимое очарование игрушки напрочь. Ни тебе хитрости, ни коварства. Ни благородства. Ни флирта с девчонками. От скуки Леха пошарил в личных файлах Топоркова, но кроме десятка старых стереофильмов ничего выдающегося не нашел. На Карьере отсутствовала даже местная сеть. Как так можно жить?

"Фигня!" - хрустнул пальцами Леха.

И профессиональной своей рукой установил на центральном терминале сервер "Декаданса". Благо, мощности позволяли. Настроил свободный доступ и задумался над рекламным объявлением для местных: "Карьеряне!" Нет, не так... "Карьеристы! С сего числа начинает халявный фунциклеж новый игровой сервак. Всевозможный велкам и аву плезир!"

Да! Перед таким соблазном никто не устоит! Леха потянулся и отправился на предмет прогуляться.

В цеха переработки Леха соваться не стал. Там едко, пыльно и без скафандра делать нечего. Да и в скафандре нечего. Транспортники вываливают руду в печи. Челноки поднимают выплавленный торий на орбиту. Ничего интересного. Так и ползет себе паук добывающей станции по планете, оставляя позади горы шлака.

В технологических рукавах забавнее. Здесь ангар напоминает муравейник в жаркий день. Сотни механизмов обслуги копошатся в крайней своей занятости, ездят, летают, вышагивают на опорах. Ремонтники, уборщики, заправщики, упаковщики, многоцелевые универсалы - пехотинцы на полях сражения во имя человеческой ненасытности.

– Ты, кстати, обедал?..

Леха от неожиданности вздрогнул. Петрович имел тенденцию подкрадываться бесшумно и чрезмерной церемонностью не отличался.

– Нет? Ну, так пошли!..
– позвал техник тоном, не терпящим возражений.

Петрович притащил Леху в свой кубрик, мигом организовал стол и осторожно, будто шахматист пробную фигуру, двинул запотевшую поллитру.

– Гм, - сказал Леха и машинально потрогал воротник.

– Сработаемся!..
– заключил Петрович, решительно сворачивая пробку.

Пустую фигуру вскоре сняли с доски, и Петрович с азартным пристуком утвердил новую. На душе потеплело. Планета больше уже не казалась такой безжизненной и даже стала Лехе немного нравиться. Потек разговор.

– Ты думаешь, я не понимаю?
– вопрошал Петрович. И тут же отвечал сам себе: - Прекрасно понимаю!.. Тебя же мальчиком выставили для битья!..

– Вот!
– согласно кивал Леха, не попадая вилкой в огурчик.

– А ты же не сможешь сделать ничего!.. Ну, ничегошеньки!..

– Это почему это?
– в Лехе встрепенулось профессиональное самолюбие.

– Да просто по определению. Тут проблема, - Петрович понизил голос, - иного толка...

– Ну, какого иного?
– Леха икнул.
– Есть блок искусственного интеллекта. Он везде одинаковый. Хоть в полотере, хоть в вашем бульдозере. Остальное - набор специализированных инструкций.

– Так я тебе скажу, - Петрович наполнил рюмки - Этот ваш блок интеллекта всему и виной! Больно он того... премудрый...

– Че-то я не догоняю...

– А что нечего тут догонять!.. Сами они! Сами!..
– Петрович проглотил водку, поморщился.
– Со скуки или еще с каких своих переживаний. Тебя, вон, посади в железную коробку, поди, тоже с ума спрыгнешь. На гусеницах вперед-назад, ковшом вверх-вниз - не больно-то разгуляешься! И так день за днем...

– Петрович, ну ты даешь!
– Леху разбирал смех.
– Роботы-самоубийцы!.. Это же надо до такого додуматься!.. Есть же, в конце концов, основная директива Азимова...

– Ты мне истины-то прописные не лепи, - неожиданно жестко отрезал Петрович.
– Я робототехникой занимаюсь ого-го, больше, чем тебе, наверное, лет! Основная директива сработает, когда оно в лоб. Когда поганец ковш приставит к модулю управления и попытается максимальную мощность в гидравлику подать. Или с обрыва прицелится сигануть на полной скорости... А если он в грозу раз за разом поднимается на гребень, в надежде, что его молния долбанет... Это уже косвенное следствие. Его ни одна директива не ловит. Разумом мы нагрузили бедняг, а работы для него нету. Роботы без работы, - Петрович вздохнул.
– Суицид это, парень!.. Так-то...

Леха не знал, что возразить. Пьяные мысли разбрелись по углам.

– Мы-то с тобой технари, брат. А тут душу больную лечить нужно. Священника какого для машинок придумать или психолога там... Жалко же их, бедолаг, - Петрович захлюпал носом, махнул рукой.
– Топорков меня не слушает, отмахивается. А кому я еще поплачусь? Двое нас на Карьере, людей-то...

Леха вернулся к себе, находясь в совершенном смятении духа. От хорошего настроения не осталось и следа. Залез по привычке на центральный терминал... И в нерешительности замер. За последние три часа на сервере "Декаданса" зарегистрировались двести тридцать семь пользователей. Леха протер глаза. Двести тридцать восемь. Игроки энергично осваивали мир, строили города, торговали и создавали коалиции.