— Это слишком дорого, я не могу.

Девчонка в растерянности. Не привыкла к таким подаркам. Знай наших.

— Я очень ценю свою жизнь, герцогиня.

Максимум холода в голосе. Отлично. Полная растерянность и непонимание.

— А как же твоя жена? — спросила она.

Твою тещу.

— Я убью ее, — вырвалось у меня.

— Успокойся.

Да спокоен я. Вырвалось. Камень снял с моей руки маскировку кольца, и теперь мои руки, особенно правая, предстали во всем великолепии. Увлекся мимикой лица девчонки и не заметил, а плетение нужно доработать. Мне такие сюрпризы не нужны. Так, срочно меняем тему. Девчонку нужно отвлечь, а моя маленькая месть отлично подходит. Настало время «потом». Я уверен, что очень мало мужчин оставят в твоей душе такой след. Оставят о себе такие противоречивые впечатления. Значит, ты меня запомнишь.

— А моим подругам эта вещь не нужна. Они и так прекрасны.

Я поклонился ошеломленной Алиане и направился к выходу. А теперь быстрее, пока я не получил кинжала в спину. Я надел перстень на голую кожу, и ты его не сможешь снять, пока камень не закончит свою работу. Жаль, что он потом рассыплется. Руби палец, если хочешь. Я торопливо спустился на первый этаж. Успел.

— Не слишком?

Нет. Смесь восхищения, благодарности и бешенства на лице девчонки — отличный коктейль. Запомнит меня навсегда. А гнев скоро исчезнет. Вот напри… Блин! В снесенную с петель дверь ворвался Ренс.

— Влад, — прохрипел он, — беда.

— Как? Это? Произошло?

Мой голос срывался и булькал. Ненависть расшибала голову. Мне нужно срочно кого-то убить, и я даже знаю кого. Ту тварь, герцога. Жаль, что он уже умер. Жаль, что его тело и тела остальных сожгли вместе с замком баронета церковники. Жаль, что они не позволили тайной страже Кароса забрать хоть одно тело для поднятия и допроса. Как жаль. Моя рука с треском сломала край стола.

— Последний день перед возвращением тварей на землю, — ровным голосом сказал Арн. — Я тогда патрулировал окрестности Белгора со своей сотней. В этот раз последствия вздоха заняли две с половиной недели. Будь оно все проклято! — сорвался он на крик.

Молчание.

— Сотни людей покидали город, — подключился Нэт, — сотни. Среди них были и эти ублюдки. Дуняша и волчицы пошли в театр. В перерыве их угостили вином несколько восхищенных их красотой смертников. Видевшие все это охотники и стражи только посмеивались. Очередные жертвы волчиц. После окончания представления все пошли к ним домой. Дуняша тоже. Ей было интересно, а кухню она с утра оставила на служанок. Матвей вместе с остальными мастерами внутреннего круга как раз обсуждал сообщение Лайдлака из Бренна. Сообщение о личе и всем остальном. Засиделись допоздна. Когда он пришел и не застал Дуняшу, то поднял тревогу.

— А Молчун? — спросил я.

— Молчуна тоже угостили таким вином, — сказал Нэт, — а девки — девки обслуживали посетителей. Проклятый порошок синего лотоса. Все мастера внутреннего круга знали о твоем сообщении, но знать и предполагать, что подобные твари будут и в Белгоре, что они осмелятся здесь…

Он замолчал. Порыв ярости прошел по битком забитому охотниками залу. Оскаленные лица, сжатые кулаки. Ненависть. Ненависть пришла в клуб Матвея. Ненависть пришла в Белгор после известия о похищении волчиц и Дуняши.

— Стража и охотники рассыпались по всему Белгору, — продолжил Арн. — В дом волчиц вломились в первую очередь. Никого не нашли. Ни девушек, ни смертников. Никого не нашли и в городе, хотя прочесали все. К утру стало ясно, что их в Белгоре нет. Из ворот они тоже не выходили. Днем на стене были обнаружены следы веревок. Обнаружили, когда уже все было ясно. Когда мы знали, где они. С наступлением утра все охотники и часть стражи покинули Белгор и стали обыскивать окрестности. Один из моих стражников, бывший королевский егерь, заметил следы. Обычные свежие следы десятка лошадей, ведущие в погань. Часть лошадей несла двойной груз. Я сообщил охотникам и помчался с отрядом к погани. Следы привели нас к северо-западному комплексу. Мы спустились внутрь, нас там ждали. Десятки зомби и скелетонов атаковали нас. Потеряв шестнадцать человек, я приказал отступить и возвращаться в Белгор.

Молчание.

Потерянный взгляд Арна. Оставить в погани Дуняшу и волчиц. Несмотря на потери, стража наверняка рвалась в бой. Он приказал отступить. Молодец. Все сделал правильно. Стражники Белгора — лучшие воины королевства, но внутри они — мясо.

— Через пятнадцать минут, — начал Яг Топор, — у комплекса было несколько команд и одиночек. Я тоже там был. Мы пытались зайти с других входов, но не смогли.

— Кто? — глухо спросил я.

— Айрт, Сунир, Грайд, Конас, Райт, Жарил, Вист, Сипак, Донак Черный. Как старший мастер, я приказал отступить и вернуться в город. Близился вечер, и измененные могли усилить натиск.

Я молча застонал. Девять братьев. Восемь охотников и мастер. Конаса я знал. С остальными общался на уровне «привет, пока». Шестнадцать стражников. Двадцать пять отличных парней. Гнилые в Белгоре не задерживаются. Не тот город. «…Измененные могли усилить натиск. Близился вечер…» Я понимал, что скрывается за этими словами. Невероятный по напряжению и отчаянности бой. Охотников атаковали с двух сторон. Из погани лезли твари, а в спину били измененные. Охотники вступили в открытый бой. Они сделали то, за что всегда презирали смертников. Охотники нарушили свое основополагающее правило. Девять погибло, а сколько было ранено и искалечено. Как потом они в темноте пробивались к городу? Это была бойня.