– Фу ты… бестия! – досадливо замахал руками учитель. – С тобой тут о серьёзных вещах говоришь, а ты… Воздух, понимаешь ли, портишь… Это называется аннигиляция – сказал физик.

– То, что я воздух загрязняю… – ещё больше удивился Петька.

– Да нет! То, что перетекает из массы в энергию… Мы же об этом с тобой говорим? Вот смотри, допустим наша цивилизация ушла далеко вперёд…! – махнул вдоль грядок рукой Егорыч.

– Эт… С нашим колхозом-то…? – косо посмотрел на него Петька.

– Да при чем тут колхоз? Я так, в общих чертах… – жестом обвёл круг физик.

– Ну, если в общих… – протянул Петька.

– Ну, что тогда будет…?

– А что…? – слегка тормозил Петька.

– Человек начнёт совершенствоваться… Для начала он избавит себя от еды… там… – показал учитель в сторону Петькиного огорода, который рос у него почему-то как на дрожжах.

– Уж не сливает ли на него Петька свои фекалии из машины…? – подумал про себя физик – А я тут лук у него жру с грядок…

– Да нет, не сливаю… – прочитал его мысли Петька – Просто семена импортные и почва плодородная, вот всё и прёт в гору.

– Так вот, наше бренное тело существует только для того – продолжил Егорыч – Что бы обслуживать разум, то есть – мозг, который в свою очередь обслуживает тело, дабы уберечь самого себя родимого.

– То есть… Есть, что бы жить – а жить, что бы есть… – высказал свои давние предположения Петька.

– Ну да, типа того… Представляешь, сколько всего для этого нужно? Пахать, сеять, скот держать, воздухом дышать, температуру определённую иметь, воду пить, отходы, пардон, куда-то девать, над чем ты и трудишься… – ткнул физик пальцами в грудь Петьку. – Спать, а если тело заболеет, напьётся или расшибётся…? Потомство оставлять и учить… А там ещё целая куча разных проблем, и всё это для того, что бы мозгу в голове было комфортно. А если мозгу будет плохо, опять будут проблемы… – Уразумел? – не твёрдым взглядом уставился физик на уже почти обнулившуюся бутылку.

– Урзумел… – кивнул ему Петька.

– Ну вот… – Мы малость с тобой отвлеклись. – Чел начнёт сначала избавлять себя от еды, найдёт заменители… Стало быть пахать и сеять – не надо. Потом от воды и воздуха, а потом и вовсе от массы… Так останется только один разум… – рукой махнул в воздухе физик.

– А с бабой-то как…? – икнул Петька.

– С какой бабой…? Чудак человек, когда будет придумано всё, что только можно будет придумать, и изобретено всё, что только можно изобрести. Будут одни только сгустки энергии, которые образовались из массы…

– Как это всё скучно…? – протянул Петька. – Ни бабу тебе потискать, ни самогонкой расслабиться… Ни выспаться по человечески, ни на рыбалку сходить… – зевнул он.

– Опять ты про бабу… Я же тебе сказал, одни только сгустки энергии… Которые живут не где-то там далеко, а среди нас. Они могут материализоваться в любое тело, как одушевлённое, так и неодушевлённое. А те, что по небу летают, просто обыкновенные хулиганы, а хулиганы потому, что нарушают пространственно временной континуум. И никто к нам сюда на край вселенной не прилетит опять потому, что мы здесь ни-ко-му не нужны со своими природными богатствами, которые опять же нужны только телу. А прилетят, разве что на экскурсию… Они мгновенно могут перемещаться в любую точку вселенной, а если они соберутся вместе, это будет уже аномалия в виде разных туманностей. Чтобы существовала вселенная, той массы, что есть не достаточно, вот её то и дополняет эта энергия… – поровну разлил физик остатки самогонки.

Над деревней ласковое солнышко уже закатилось за горизонт, в небе засияли яркие звёзды, среди которых особенно выделялось созвездие Ориона.

Созвездие Ориона, как раз и было то самое созвездие, которое им больше всего нравилось… Они сидели и им любовались, до этого момента они ещё что-то видели…

Литровая бутылка самогонки была обнулена полностью, худощавый Петька поднялся с лавочки, его сильно качнуло, он зацепился рукой за дверную ручку, колени его подогнулись, но разум пока работал… и Петька, ещё движимый разумом медленно пополз на веранду по направлению к кровати.

Егорыч в отличие от Петьки хоть и обладал большей массой и разумом, но всё рано, вместо калитки впёрся в деревянный туалет на улице. Он долго не мог понять, куда он попал, потом, когда провалился ногой в круглое отверстие, понял, что он не совсем там, куда ему надо. Он сосредоточился, разобрался, вытащил ногу и дал задний ход, наступил на Петькину собаку, зацепился и завалил поленницу, долго матерился, но таки, опять движимый человеческим разумом, нашел калитку и взял курс в нужном ему направлении к дому, по дороге размышляя про аннигиляцию и сожалея о том, что на данный момент тело его плохо слушается, и если бы у него не было массы, то он давно бы уже был дома.

Андрей Днепровский-Безбашенный.

25 января 2007 г.