Шери и не думала волноваться, что Жиль расстроит гостей своим несчастным видом. Жиль обожал вечера семидесятых. Пусть это было самое безвкусное десятилетие, но он был очень доволен своим видом в маскарадном костюме. Жилю казалось, что в махровой повязке вокруг мягких светлых локонов он немного похож на своего героя, звезду тенниса Бьорна Борга. Только он еще симпатичнее. Глаза не так близко посажены.

К тому же, как признался Жиль Акселю, на вечеринке семидесятых лучше всего заигрывать с туристками. Многие из них тоже наряжались по такому случаю. Классические мелодии диско как нельзя лучше подходили для танцев. И в конце вечера из-за всей этой несерьезности в отеле воцарялся дух свободной любви, в точности как в семидесятых. Жиль хвастался, что как-то раз устроил групповушку с двумя итальянками, наряженными как Стиви Никс и Кристина Макви – он убедил их, что солистки «Флитвуд Мэк» поступили бы точно так же.

– Представь, что бы творилось, разреши Шери устроить Римский вечер, – мечтал Жиль.

В тот вечер в гостевом бунгало В17 к выходу готовилась еще одна Стиви Никс. Главная подружка невесты и официальный координатор девичника, Яслин припасла несколько унизительных костюмов, чтобы нарядить девчонок в отпуске – в том числе и черную вуаль для Кэрри Эн, по контрасту с белой вуалью Речел.

– Так и знала, что рано или поздно они пригодятся, – сказала Яслин, вытащив из чемодана два светлых парика. – Я буду Стиви Никс. А ты можешь быть той девчонкой из «Аббы». – Она протянула парик Речел.

– Я в этом парике больше похожа на пса Дугала из детского сериала «Волшебный перекресток», – сокрушалась Речел. – Прямой пробор мне совсем не идет.

– Еще есть малиновый парик с афрокосичками, – заявила Яслин, протягивая парик Кэрри Эн.

– И кого я буду в нем изображать?

– Солистку «Вони М»! – предложила Яслин.

– По-моему, в «Вони М» косички были у солиста, – сказала Кэрри Эн.

– Да ладно тебе. У Речел девичник. Нам всем надо немножко подурачиться, – ответила Яслин.

Только вот у нее вид был вовсе не дурацкий. Она была похожа на сестру Стиви Никс, только в сто раз более симпатичную – в роскошном струящемся шарфике на голове и с длинными накладными ресницами, которые касались щек, когда она моргала.

– Настало время ритуала, – объявила Речел, закончив переодевание в рок-звезду семидесятых. Она налила в стаканчики «Голдшлагер» и достала из чемодана вибратор. – Я хочу, чтобы на ужин сегодня было что-нибудь вкусненькое. Чтобы отделаться от вкуса этой гадости. – Она поморщилась, глядя в свой стакан.

– Дурацкое желание, – заметила Кэрри Эн. – Я хочу, чтобы официант по ошибке принес нам на бутылку больше бесплатного вина. И чтобы великолепная попка Жиль, теннисный инструктор, внезапно стал близорук и посчитал меня симпатичной, – подумав, добавила она.

– Этот инструктор по теннису еще тот кадр, – хихикнула Яслин, нанеся еще один слой туши. – Видели бы вы, как он учил меня правильно держать ракетку. Обхватил руками и прижался к спине. Вот уж точно персональное занятие. Терся об меня своими мячиками.

Речел раскрыла рот и чуть не закричала.

– Теннисными мячиками, они лежали у него в кармане, – пояснила Яслин.

– Бр-р-р-р, – поморщилась Кэрри Эн.

– Да уж. Не знаю, что он задумал, – продолжила Яслин, – но с ним так приятно пофлиртовать!

– Только ограничьтесь флиртом, – сказала Речел. – У тебя есть парень, не забыла?

– Не надо все время напоминать мне об этом, – с легким раздражением ответила Яслин. – Мы же на курорте. Здесь обычные правила верности не действуют. Тем более в девичник.

– Ага, пока не подцепишь какую-нибудь гадость, – сказала Кэрри Эн.

– Кстати, о гадостях, как твой норвежский друг?

Кэрри Эн наигранно закатила глаза. День у бассейна превратился в игру «Музыкальные шезлонги». Чудак из Осло придвигался все ближе в попытке привлечь внимание Кэрри Эн. Казалось, его не смущает тот факт, что каждый раз, когда он приближался на два лежака к цели, Кэрри Эн вставала вроде как в туалет и переносила вещи на два лежака дальше. Кэрри Эн была не из тех снобов, которые смотрят прежде всего на внешность, и ей хотелось жить по правилу «коричневых бумажных пакетов» Маргарет Мэйдэй – если только так суждено найти настоящую любовь. Но у парня, который весь день сидит у бассейна на турецком курорте и не снимает носков, явно что-то не так!

Когда девушки увидели воздыхателя Кэрри Эн на ужине в ресторане, он все еще был в носках. Но явно приложил усилия и оделся в соответствии с тематикой вечера. Вместо белой рубашки с короткими рукавами на нем была облегающая нейлоновая блузка с коричнево-оранжевым рисунком и подходящая по цвету жилетка. Серые слаксы он заменил на коричневые расклешенные брюки. А ботинки со шнурками – на коричневые сандалии.

– Сдается мне, он взял этот костюм вовсе не для маскарада, – произнесла Кэрри Эн и попыталась проскользнуть мимо него к шведскому столу, не встречаясь взглядом. Она надеялась, что малиновые афрокосички собьют его с толку. Но нет.