Трент, однако, послал ему еще одно сообщение — и оно тут же отвлекло его от мыслей о Бэйли. Джейсон заморгал и еще раз перечитал письмо — убедиться, что он не ошибся.

Генри спрашивал меня в письме, не казался ли мне Джон подозрительным.

Мысли в голове у Джейсона бросились врассыпную. Джоннард Олбрайт, высокий худощавый юноша, сосед Генри по коттедж в лагере он, как старший, считался кем-то вроде вожатого, Джон, посланник Мертвой Руки Бреннара, который высосал все силы из Генри и хотел сделать то же самое с ним, с Джейсоном! Еще бы он не казался им подозрительным! Но Генри-то не мог этого помнить.

Когда это было? Почему вы заговорили о Джоне?

Да мы и не говорили. Вчера, после того как мы поиграли в «Подземелья», Генри вдруг спросил меня об этом. Тебе пора помогать Алисии на кухне!

Хватит дурачиться! О чем он тебя спросил? Что ты ему ответил?

Я сказал, что уже не помню. Что Джон был соседом Генри, а не моим.

И он оставил эту тему?

Нет. Он сказал, что иногда ему снятся странные сны. Про лагерь. Какие-то вещи, которых не может быть. А затем он отключился.

Бог мой. Неужели он вспоминает… неужели? Джейсон долго смотрел в экран компьютера, пытаясь сообразить, что он должен сказать или сделать. Наконец Трент прислал еще одно письмо.

Поразмысли об этом, Джейсон. Мы не можем говорить об этом с ним. Ведь он уже вроде бы не Магик, как же клятва?

Джейсон откинулся на спину. Трент намекал, что Генри все еще Магик, хотя у него уже нет силы. Потому что теперь он стал таким же, как сам Трент? Джейсон не мог сказать наверняка, так это или не так; На языке вертелся ответ — страшный ответ. Но Трент сам его произнес, когда отправил еще одно сообщение:

Возможно, к нему возвращается память, И его сила. Мы должны придумать способ, как это проверить. Если это так, за ним начнет охоту Мертвая Рука, и он окажется в более опасном положении, чем все мы. Необученный, истощенный.

А как насчет вечера прощания с Тинг? Он же с ней знаком.

Неплохая мысль. Там и проверим.

Оба вздохнули спокойно.

Джейсон забрался в кровать, но спать не лег, а задрал вверх ноги. Мальчик потянулся за книжкой и принялся медленно погружаться в мир, полный тайн и загадок, когда услышал знакомый звон. Джейсон поднял голову. В радужном сиянии перед ним возник Томаз Воронье Перо. Он поднял руку в знак приветствия — рукопожатие у индейцев было не принято.

— Я явился к тебе в хорошую или в дурную пору, Джейсон?

— Кажется, в хорошую, — мальчик загнул уголок страницы, чтобы не перепутать, и закрыл книжку. — Гэйвен рассказал Вам?

Томаз притянул к себе стул и сел задом наперед, скрестив руки на спинке:

— Да. Мы все надеялись, что сны прекратились, но выходит, что это не так. Они часто донимают тебя?

Джейсон задумался. Ему каждую ночь снились сны, очень красочные, но этот кошмар — не каждую. Наверное, пару раз в месяц. Он пожал плечами и так и ответил.

Томаз кивнул. Он потер подбородок большим пальцем — серебряные кольца и инкрустированного бирюзой браслета зазвенели:

— Ты пользуешься теми методами, которые мы с тобой обсуждали?

— Стараюсь. Глубоко дышу, прежде чем заснуть. Мысленно рисую картины — все, что вы мне велели.

— Хорошо. Хорошо. Не имея места для медитации, трудно сконцентрироваться как положено, но ты никогда не должен забывать две вещи, — Томаз наклонился ближе. — Ты всегда должен четко сознавать, чей это сон — твой или чужой, в котором ты гость. Если это твой сон, ты контролируешь ситуацию, но должен быть очень внимателен и пытаться выяснить, узнать и запомнить как можно больше. Если это сон другого…

Индеец нахмурился. Под глазами у него пролегли глубокие морщины:

— Тебе будет непросто, Джейсон.

— Что непросто? Проснуться? Я могу попасть в этот сон, как в капкан?

— Возможно, но есть и другие опасности. Ты должен понять, друг это или враг. И тем не менее в каждом из этих снов скрывается секретная информация.

Джейсону стало не по себе. Чтобы согреться, он накрылся одеялом поверх пижамы:

— А как мне добыть эту информацию?

— И это непросто. Все, что происходит во сне — это не реальность. Мы видим лишь символы, но на фоне нашего собственного сознания. Для меня койот означает одно, для тебя — другое, — Томаз многозначительно кивнул.

— Так что же мне делать? Как распознать?

— Ты должен глубже погрузиться в самого себя и узнать правду. Даже сон, полный лжи, призван предупредить тебя, что где-то скрывается правда. И ты должен узнать ее как можно скорее, Джейсон. Или первым до нее доберется другой. Твой дар и Магия могут помочь тебе всегда. Но во сне они могут стать смертельно опасны.

Джейсон весь покрылся мурашками, даже одеяло уже не спасало:

— Смертельно?

— Во сне ты очень уязвим. Враг может ранить твое тело и душу. Поэтому каждый сон ты должен принимать как вызов, как битву, если хочешь определить, откуда он взялся, что он может тебе дать и что отнять. Колебаний быть не должно, Джейсон.