«Возьми его в работники на пять лет. Или в любовники на год».

«В любовники?! Он же тупой! К тому же у меня уже есть кавалер в другом племени!»

«Любовников много не бывает, — назидательно промурлыкала старшая подруга, — ладно, шучу, шучу. Тогда в работники, пусть оборудование за тобой таскает».

«И половину растеряет или сломает по дороге? Ну, спасибо!»

«Ох, Нэя, ну ты как не женщина, честное слово. Тридцать два года, а крепкому мужику применения найти не умеешь? Сидела бы на стационаре, что тебя в племя понесло? Ну ладно, отдашь парня мне, я научу. Потом еще рада будешь толковому помощнику».

«Спасибо, Джар, я у тебя в долгу. Ты меня зачем-то вызывала или просто поболтать?»

«Тьфу, забыла совсем! Надо будет мозги прополоскать, а то не работают уже. Я ж тебя предупредить должна. Завтра в десять утра — Полное Слияние».

«Ох, Создаааатель… — простонала Чистая. — Ну, за что? Может, без меня как-нибудь?»

«Нэя, не хнычь, ты понятия не имеешь, что тут на верхних уровнях творится. Экспедиция темных эльфов — это еще самое безобидное. Так что ты там поглядывай по сторонам и орков своих почаще читай. Ну ладно, при Слиянии все узнаешь. Пока, целую!»

Девушка прикрыла глаза и устало облокотилась на ближайшую подушку. Орк сочувственно наблюдал за ней, но молчал, не смея прерывать общения с духами.

— Моей подруге нужен слуга на пять лет. Пойдешь к ней за лечение?

«Если он откажется, я его прибью тут, честное слово!»

Воин задумался, потом уточнил:

— Кормить будет? Место для шатра даст?

Нэя еле удержалась, чтобы не рассмеяться. Тогда точно не поверит…

— Будет. И тебе хватит, и подруге твоей, и другим женам, если заведешь. Насчет именно шатра не обещаю, но жить будет где.

Орк почесал в затылке. Известно, что Чистые никому зла не причиняют, а слуги их роскошнее иных вождей живут. С другой стороны, за душу боязно — говорят, эти странные чародеи ее и украсть могут. До конца жизни тосковать будешь, а по чему — и сам не поймешь.

— Была не была! — стукнул кулаком по земле. — Если калекой не стану, то я твой на пять лет со всеми потрохами. И подруги твоей тоже.

Ну, хвала Создателю, хоть с одной проблемой разобралась. Не прошло и часа. Теперь осталось «всего-то» справиться с самим переломом. Желательно — прямо на месте, чтобы не тащить этого здоровяка к ближайшему стационарному модулю. Какие пустяки…

Она склонилась к ноге, ощупывая ее тонкими пальцами. Воину-то что, продолжает скалиться как ни в чем не бывало, даже когда целительница прикасалась к обнаженному мясу. А вот ей каждое прикосновение отзывалось новой вспышкой боли…

— Кто это тебя так?

— А… Виверна тяпнула… — лаконично отозвался орк. Ему не очень хотелось вспоминать о поражении, пусть даже его вины здесь и не было. Чудовище оказалось слишком быстрым.

— Опять в Гремящий Каньон ходили, — понимающе кивнула Нэя. — Сколько раз вам говорить…

— Я не решаю. Решает вождь. Закончу службу — побью вождя, сам стану вождем. Тогда воины не будут в Каньон ходить. Мне это самому не нравится.

— А есть вы что будете? — мимоходом поинтересовалась она, полностью погрузившись в удаление осколков. — Я слышала, что на ваших землях только в Каньоне добыча и осталась.

Орк возмущенно дернулся, так что девушка поморщилась от новой вспышки боли в ноге.

— Ты, Чистая, решай уже, чего хочешь! Ходить в Каньон плохо, и не ходить, по-твоему, тоже плохо! А что тогда глупым оркам делать, со скалы кинуться, что ли?

Нэя вздохнула.

— Если бы не ваша война с Черноухими, охотничьей земли бы на всех хватило.

— С этими крысами мириться?! — мгновенно вскинулся воин. — Да скорее Зимний Лорд сюда придет, чем я одному из них руку подам!

— Вот потому и приходится выбирать между голодом и смертью лучших охотников в Каньоне, — почти равнодушно ответила Нэя. Она и не рассчитывала на другую реакцию. — А потом придут Черноухие и дорежут уцелевших. Ты-то, может, переживешь — мы своих слуг в обиду не даем. Но все, кто останутся здесь, пойдут им на мясо.

— Не будь ты Чистой, убил бы за такие слова. Чтоб я… Отсиживался… пока… — парень просто задыхался от ярости, не в силах подобрать подходящих слов.

— А не хочешь отсиживаться, так сделай что-то, — безжалостно парировала целительница, извлекая особо крупный фрагмент кости. — За пять лет от вас точно одни косточки останутся. Так что полгода у нас поучишься — и обратно. Подруга отпустит, я ее попрошу. Но только если дело делать станешь, а не за чужими ушами гоняться.