Есть еще некоторое количество совсем уж мелких группочек, но они появляются и погибают чуть ли не раньше, чем мы успеваем их заметить.

Сейчас мы располагаем укрепленной базой, о существовании которой Правительство не знает, пятью кораблями, считая этот, и «армией», насчитывающей пятьсот восемьдесят бойцов. На базе есть несколько маленьких исследовательских центров и очень много пока еще не освоенной земли… впрочем, к этим документам я дам тебе доступ, сам посмотришь.

Но этого всего мало. У нас нет самого главного – реальной поддержки мирного населения. Мирры запуганы правительством, на выборах они голосуют за тех, кого больше всего рекламируют – потому что это означает хотя бы отсутствие войны. Я не знаю, как все организовано там, откуда ты родом, но у нас в армию в случае войны или даже мелкого военного конфликта призывают всех мирров от шестнадцати и до пятидесяти лет, невзирая на пол, образование, семейное положение. Они не хотят погибать.… И я их понимаю. Но они не знают, что война так или иначе – но будет. Ее развяжем мы. Потому что если оставить все так, как есть, – Аргонрад погибнет полностью.

Йон замолчал, потянулся к бутылке с водой.

– А как же драконы? – впервые с начала разговора подал голос эльф.

– Драконы… – Безопасник горько усмехнулся. – Я подозреваю, что вся Федерация для драконов – лишь большой эксперимент. Эксперимент не удался: что ж, отрицательный результат – тоже результат. Их логику понять невозможно… Они помогали тогда, когда у нас был шанс справиться самостоятельно, но оставались в стороне, когда их помощь была жизненно необходима. Цели драконов всегда были и остаются для нас тайной за семью печатями.

– Чего вы ждете от меня? – прямо спросил Нархгал.

– Ты обладаешь силой, которой нет у Правительства… да и у других оппозиционных организаций – тоже. Более того, как я понял, ты еще не получил и половины доступной тебе мощи, но уже способен на очень, очень многое. Помоги нам.

Эльф молчал долго, очень долго.

Картина происходящего в Аргонраде была до боли знакома – рано или поздно, но в любом государстве с демократическим строем начинает происходить нечто подобное. И, в принципе, все складывалось… кроме одного.

– Йон, кто стоит во главе Ордена Свободы?

– Главнокомандующий, милорд Кай, – ни на секунду не задумываясь, ответил мирр.

– Это официально. А на самом деле?

Пришла очередь Йона молча изучать Нархгала.

– Я мало что о нем знаю, – наконец нехотя заговорил он. – Он человек. Пришел из другого мира и не имеет возможности вернуться туда. Его зовут Вольфганг Шварц Кёниг. Сражается с правительством Аргонрада уже пять лет, два года возглавляет Орден Свободы. О нем знаю только я, и я являюсь его представителем здесь. Собственно, все.

– Даже так… – Нархгал задумался.

С одной стороны, он ничего уже не хотел – даже подсознательное стремление куда-то-там попасть и с-кем-то-там встретиться потеряло свою значимость после трагедии на площади – трагедии, стоившей жизни семи тысячам мирров, трагедии, в которой он был виноват.

С другой стороны, Кай был совершенно прав. Со смертью Нархгала ни для кого ничто не изменится, а уж тем, кто мертв, и подавно все равно. А вот если он останется жить, то, возможно, и сможет, если и не искупить свою вину перед миррами, то по крайней мере постараться предотвратить подобные трагедии в будущем.

– Я хотел бы встретиться с лордом Кёнигом, – наконец сказал он.

– Корабль сейчас направляется на базу. Мы будем там через три дня. Вольфганг прибудет на пару дней позже, и ты сможешь с ним встретиться – он тоже заинтересован в личном знакомстве. Только учти – он не любит, когда его называют лордом.

– Хорошо.

– Я могу считать, что ты согласен? – прямо спросил Йон.

Нархгал лишь секунду помедлил с ответом:

– Да.

– Значит, ты все же рассказал ему обо мне? – Вольфганг задумчиво откинулся на спинку кресла, повертел в руках стакан.

– Извини, у меня не было выбора. Либо лгать, а мы с тобой сразу договорились, что не будем ему лгать.

– По возможности не будем, – поправил человек.

– Хорошо, по возможности. Так вот, либо лгать – либо сказать правду. О том, что глава Ордена Свободы – не Кай, он сам догадался.

– Ладно. О том, что я на корабле, он не знает?

– Нет. Я сказал, что ты прибудешь на базу через пару дней после нас.

– Хорошо. Что вообще о нем скажешь теперь?

Мирр ответил не сразу. Он долго перелистывал бумаги, которые держал в пальцах левой лапы, причем в бумаги не смотрел – его взгляд был устремлен куда-то вдаль.

– Вольф, если честно – я не верю, что этот мальчишка – Черный Дракон Предела.

– Почему?

– Дракон был очень стар и мудр. К этим качествам почти всегда прилагается спокойствие и рассудительность. Нархгал же вполне способен на необдуманные действия, больше того – он может даже впасть в истерику по некоторым поводам. Такое существо, как тот самый Дракон, должно понимать, что порой случаются трагедии – Нарх же искренне хотел умереть, узнав, что случилось по его вине. Это нетипично для очень древних и мудрых. Кроме того, он не контролирует свою силу. Я думаю, это просто маг Предела, потерявший память.