Шрифт:
– Нашла? – поинтересовалась я.
– Не-а! Значит, старуха у себя птичку прячет. Слушай, хочешь, мы тебя в долю возьмем? – ажитированно зашептала Лида. – Пошли вместе вниз, пороемся у бабки! Если она проснется, я спрячусь, а ты скажешь…
– С ума сошла! – возмутилась я. – Значит, так. Немедленно убирайся вон! Имей в виду: еще раз сюда явишься – очутишься в милиции. С сегодняшнего дня дом будет взят под охрану, видеокамеры включены, они торчат на заборе. Безалаберности пришел конец! Я сама стану следить за порядком!
Лида тихонько засмеялась:
– Туфта.
– Ты о чем?
– Зина мне все объяснила! Камеры не работают, хоть и выглядят круто.
– Э, нет! Дана один раз поймала хулигана, который ей дверь испачкал.
– Верно, – еще больше развеселилась Лида. – Раньше они фурыкали, а год назад сломались.
Я подавила раздражение. Все-таки Жозя и Дана – безголовые курицы! Впрочем, и я хороша. Не подумала про видеонаблюдение. Следовало бы раньше вспомнить о камерах и просмотреть кассеты. Только глядеть-то, как выяснилось, нечего.
– Дана хотела отремонтировать систему, а старуха была против, – поясняла Лида. – Зина говорила, что бабка категорично заявила: не следует деньги тратить, все и так думают, что запись ведется.
– У Зины слишком длинный язык!
– Есть немного, – согласилась Лида. – Так как? Ты в доле?
– Убирайся.
– Сейчас ночь!
– И что?
– Куда я пойду?
– Мне все равно.
– Подумай, – уперлась Лида, – птичка очень дорогая. Мы тебе за помощь два процента дадим.
– Уматывай вон! Живо! А то с лестницы спущу!
– Пять!
Я сжала кулаки.
– Семь, – надбавила Лида. – Не упусти своего счастья! Такое предложение раз в жизни делают! А, поняла… Ну и дура же я! Ты себе все захапать хочешь. Сама пойдешь к старухе шарить. Птичка моя!
– Считаю до трех, – устало сказала я, – потом звоню участковому.
– Слушай, – выпучила глаза Лида, – я тебе не все сообщила.
– Есть новые захватывающие сведения?
– Да! Думаешь, Дана сама выпала? Тебе лучше отсюда побыстрей уехать!
Я вздрогнула:
– Ты на что намекаешь?
– Ха! Ее вытолкнули.
– Откуда ты знаешь?
– Дана звонила Алику, скандал устроила. Муж мне ничего не сказал, но мама…
– Сняла трубку и подслушала.
– Совершенно случайно! Мы же вместе живем. Мамуля просто решила пыль протереть, подняла…
– Это неинтересно! Ты лучше про их беседу расскажи.
Лида покусала нижнюю губу.
– Данка, стерва, Алика никогда не трогала. Развелись – и она исчезла. Бросила мужа без денег и ни разу не поинтересовалась: милый, ты как… Несколько лет ни слуху ни духу. Вот сучара! Подыхай, Алик, с голоду! – возмущалась Лида. – А тут – здрассти… позвонила и орет: «Знаю, ты матери жить не даешь! Видела тебя!»
– Где? – насторожилась я.
– Вот и Алик то же спросил. А она: «Сволочь! Ты зачем за Жозей следишь? И в магазин не лезь!»
– Вот странность, – покачала я головой.
– Сумасшедшая она, – пожала плечами Лида. – А дальше был такой разговор…
– Не знаю, кто тебе чего наболтал, только я здесь ни при чем. Имей в виду, за Жозей многие охотятся! Вспомни Жанну Бирк. Вот ей и звякни! – вопил Алик.
Дана прямо задохнулась.
– Какая Бирк? Прекрати чушь нести!
И тут бывший муж озверел:
– Надоели! Вечно я у тебя виноват! Прямо главная сволочь Земли! На себя посмотри! И у Жози спроси! Да мать в Евстигнеевке все ненавидят, и тебя до кучи. В лицо улыбаются, а за глаза убить готовы. Странно, что вы еще живы! С какого бодуна ты решила, что я за ней слежу?
– Продавщицы в моем магазине сказали, – внезапно вполне человеческим голосом ответила Дана. – Вроде мужик приходил, про мои дела расспрашивал, просил хозяйке о визите не говорить. На тебя по описанию похож!
– Дура! Ищи ближе, – посоветовал Алик. – Мне на тебя плевать! Вот еще, стану я свое время тратить… С Жозей поболтай. Есть вещи, о которых мать тебе никогда не рассказывала. Ты про Жанну Бирк слышала?
– Вроде мелькала пару раз фамилия в разговоре, – протянула Дана. – Какая-то сотрудница Матвея Витальевича?
Альберт рассмеялся.
– «Какая-то сотрудница»… – передразнил он бывшую жену. – Жанна с Феликсом родителям лучшие друзья были, а потом, после смерти Феликса, Жанна исчезла. Не поленись, расспроси Жозю. Что ты вообще про Евстигнеевку знаешь?
– Обычная деревня, – ответила Дана, – люди разные, богатые и бедные. Я здесь практически ни с кем не общаюсь, кроме одной женщины. И у Жози тут друзей нет.