Внезапно вся кровь прилила к моей голове. Я вскочила, уперлась руками в столешницу и, приблизив свое лицо к красивому лицу Леоны, прошипела:

– Ах ты, дрянь! Сволочь!

Огромные, безмятежно-голубые глаза Трегубовой стремительно посерели.

– Вы с ума сошли? – воскликнула она.

– Я? Это ты лишилась разума!

– Сядьте, – велела Леона, – объясните, в чем дело!

Дрожащими пальцами я вытащила из сумочки удостоверение.

– Майор Романова, – медленно прочитала вслух Леона, – Евлампия Андреевна. Это ваш документ?

– Фото не видите? – огрызнулась я.

– На снимке вас невозможно узнать, – спокойно парировала Трегубова, – и, насколько я помню, вы назвались совсем иным именем.

– Это я.

– Очень приятно, – отстраненно вежливо улыбнулась Леона, – чем мы могли заинтересовать соответствующие органы? Вы не из налоговой инспекции, а мы с криминальным миром никак не связаны. «Арлекино» открыт и работает на законных основаниях, мы преследуем благородные цели, помогаем людям обрести счастье.

И тут мне, как говорит Кирюша, снесло башню. Не в силах справиться с собой, я заорала:

– Любите клиентов? Готовы оказать им любое содействие?

– Да, – кивнула Леона, – успокойтесь, ничего плохого мы не делаем.

– А о другой стороне вы подумали?

– О ком?

– О тех, кого заказывают?

– Что вы имеете в виду?

– Да хоть об этом Олеге, – затопала я ногами, окончательно перестав управлять собой, – каково ему пришлось под дождем неприятностей!!! А пакет, почти упавший несчастному на голову? Если бы он случайно угодил в Олега? Да парень мог умереть.

– Мы все очень тщательно рассчитывали…

У меня потемнело в глазах.

– Немедленно отвечайте, кто заказал нас!

– Вас???

– Да!!!

В голове пронеслось воспоминание. Маленькое, внезапно резко похудевшее тельце Ады лежит на катафалке, ножки беспомощно подогнуты, голова не держится… Бледный до синевы Кирюшка на больничной койке, Лиза, падающая на ковер…

– Гадина, – завопила я, – убить тебя мало!

Дверь распахнулась, в комнату ворвался охранник. Я хотела схватить стоящий на письменном столе большой куб из камня и швырнуть его в парня, но внезапно все силы разом оставили меня. Внутри головы что-то лопнуло, мне стало жарко, я упала в кресло и заплакала, повторяя, словно заевшая пластинка:

– Ада… клиника… дети… ангел… цыганка… ах, какая ты мразь, крысиный яд… отрава…

Перед носом оказался пластиковый стаканчик с темно-коричневой жидкостью.

– Выпейте, – велела Леона, – попытайтесь успокоиться и объясните мне, в чем дело. Никто из наших клиентов не хотел знакомиться с Евлампией Андреевной Романовой или Ефросиньей, уж не знаю, как вас звать в действительности.

Я залпом осушила емкость и прошептала:

– Правда?

– Конечно. Такого заказа нет. Ну-ка, придите в себя и объясняйте суть дела.

Неожиданно я поверила Леоне, не знаю почему, но почувствовала: девушка не врет, она ни при чем, «спектакль» поставил другой режиссер. И от понимания этого факта мне стало еще хуже.

– Говорите скорей, – велела Леона.

– У нас в доме много собак, – неожиданно для самой себя начала я, – двортерьер Рамик, стаффордшириха Рейчел. Кстати, бойцовые породы совершенно несправедливо воспринимаются обывателями как страшные. Питбуль, стафф и иже с ними генетически настроены на борьбу с себе подобными, их выводили для драк с собаками, а не с людьми. Поэтому дома представители этих пород нежны с членами своей семьи, они обожают хозяев и их детей. Бойцовая собака никогда не станет нападать на прохожих, если те, конечно, не проявляют агрессивности по отношению к ней или ее владельцам. Кстати, если изучить статистику по укусам в Москве, то выявляется странная закономерность: наиболее агрессивны крохотные, комнатные собачки. Только, если на прохожего налетело мелкое, клочкастое существо, способное, кстати, очень больно укусить, это никого не пугает. А вот коли какой-нибудь пит, которого пнул пьяный, оскалил зубы, вот тут вопль стоит на всю Ивановскую.

Да, бойцовые псы не ладят с другими собаками, выводить гулять их следует в намордниках и на поводке, и, вообще, заведя крупную собаку, не поскупитесь на инструктора, пусть обучит пса «этикету». Но на людей представители бойцовых пород кидаются крайне редко. И вообще – каковы хозяева, таков и их питомец. Кое у кого и мопсы агрессивны, а в нормальной семье стафф – мирная собака.

Леона кивала. Она оказалась совершенно идеальной слушательницей, ни разу не прервавшей мой рассказ, слишком многословный и сбивчивый. По мере того как я выплескивала информацию, на лице Трегубовой появилось странное выражение: смесь испуга, негодования и крайнего удивления. В какой-то момент в глазах Леоны мелькнула жалость, и тут я непонятно почему выложила ей всю правду про ужасный медицинский диагноз.

Трегубова схватила мышку и стала быстро водить ею по коврику.

– Вот смотрите, список дел, – нервно воскликнула она, – никогда, никому его не показываю, но, учитывая исключительность ситуации, нарушаю установленные правила. Никаких Романовых в нем и в помине нет. Да, мы устраиваем спектакли, но никакого криминала, поверьте. Сначала тщательно собираем информацию о клиентах, а потом пишем сценарий, исходя из их индивидуальных особенностей. Есть, конечно, и стандартные варианты, наши заказчики охотно пользуются ими, потому что спасение девушки от хулиганов стоит дешевле, чем разработка эксклюзивной ситуации, а большинство молодых женщин великолепно реагируют на подобную вещь. Цыганка, предсказывающая будущее, – тоже одна из постоянных программ. Большинство людей суеверно, отсюда и спрос, но… Нина Рагозина у нас не служит. Я привлекаю к сотрудничеству студентов театральных вузов, их услуги обходятся дешево, еще хожу на актерские биржи, вылавливаю там безработных лицедеев, согласных на любую работу, лишь бы не умереть с голоду, но Рагозина у нас не занята.