– Рагозина.

– Отлично, значит, слушай дальше.

Всегда веселая Нина в последнее время стала мрачной. Сергей, глядя на невесту, заподозрил неладное. Девушка намного моложе его, наверное, она разлюбила жениха. Промаявшись неделю, преподаватель задал вопрос:

– Нина, что случилось?

– Ничего, – попыталась улыбнуться любимая.

– Ты теперь по вечерам куда-то убегаешь!

– Ну… просто, – замямлила Нина, – я к сессии готовлюсь. Надо же диплом получить.

Сергей замолчал, но нехорошие подозрения терзали его душу. Еще у Нины появилась странная привычка. Если звонил мобильный, она не брала трубку в присутствии Сергея.

– Сотовый разрывается, – не выдержал один раз Сергей.

– Ерунда, – отмахнулась Нина, – сейчас автоответчик включится!

Сергею стало совсем плохо. Ясное дело, Нина завела любовника, молодого, страстного, и теперь просто водит «папика» за нос. Сергей маялся, Нина продолжала вести себя по-прежнему, и в конце концов преподаватель не выдержал:

– Нинуша, скажи честно. Ты меня разлюбила?

– Нет, – тихо ответила она.

– Тогда в чем дело?

И тут Нина сначала заплакала, а потом вывалила совершенно невероятную историю. У нее есть отец. Папеньку Нина терпеть не может по многим причинам. Ее родители, будучи школьниками, вынуждены были зарегистрировать брак по особому разрешению. Мама Нины забеременела в шестнадцать лет. Сразу после скоропалительной свадьбы молодой муж уехал в Москву поступать в медицинский и пропал на несколько лет. Жене он не писал, а о родившейся без него дочери не беспокоился. Потом пришло письмо с зоны, Рагозин, не окончив вуза, оказался за решеткой. Он неоднократно сидевший уголовник. Вся жизнь его – это цепь сплошных «отсидок» в тюрьме.

Оказавшись на свободе, он ехал к своей жене, маме Нины, которая по совершенно непонятной для дочери причине не разводилась с ним. Муженек отъедался, одевался, устраивался на работу, но потом вновь принимался за старое: тащил у новых коллег кошельки или воровал офисное оборудование. Самое интересное, что папенька внешне совершенно не похож на преступника. Милый, интеллигентный, с правильной речью, застенчивый, с виду настоящий «ботаник», а не постоялец зоны. Никаких наколок, выбитых зубов и выражений типа «орет как потерпевший!». Оставалось лишь диву даваться, каким образом за долгие годы отсидки господин Рагозин ухитрился не приобрести никакого зэковского налета.

Окончив школу, Нина уехала в Москву, поступила в вуз и была рада тому, что учится не в родном городе. Регулярное появление отца раздражало и пугало ее. Мама не собирается разводиться с уродом, вот пусть сама и несет этот крест. При чем тут Нина?

Но потом случилось непредвиденное: мама скончалась, а ее супруг, вернувшись в очередной раз с зоны, обнаружил квартиру запертой. Для Нины осталось загадкой, каким образом папенька выяснил ее московский адрес, но в одно далеко не прекрасное утро она увидела на пороге отца, который заявил, что ему негде жить.

В первый момент дочь хотела просто захлопнуть дверь, но папенька быстро всунул ногу между створкой и косяком.

– Нехорошо, доченька, – сказал он, – мы родня. Артисткой стать собираешься? Славы хочешь, денег? Ну-ну. Выбирай: или помогаешь мне, или всем расскажу, какая у меня дочь, в институт пойду.

Нина не слишком испугалась сначала. Подумаешь, не советские времена, теперь быть родственницей зэка даже почетно, но тут отец добавил:

– Небось и замуж за москвича идешь!

Рагозина похолодела, она сразу поняла, что Сергею Васильевичу не захочется иметь подобного тестя. Бывший уголовник и круги общения Касаткина! Это нонсенс! А папенька, поняв, что случайно угодил в цель, начал требовать денег за молчание.

– Я бы никогда тебе ничего не рассказала, – рыдала Нина, – но ведь ты стал подозревать меня в измене!

– Не плачь! – воскликнул Сергей. – Мы обязательно придумаем, как избавиться от напасти.

Но не успел Сергей, убедившись, что невеста по-прежнему его любит, успокоиться, как случилась новая неприятность.

Позвонил Борис и нервным голосом сказал:

– Немедленно ко мне!

Испуганный тоном брата, Сергей прибежал на зов и услыхал:

– Меня шантажируют.

– Кто?

Борис молчал.

– Чем? – не успокаивался Сергей. – Ничего плохого ты не делал, бизнес ведешь на законных основаниях.

Брат по-прежнему смотрел в пол.

– Понял! – догадался Сергей. – Баба! Дай ей денег и гони вон. Сколько раз говорил: прекрати кобелировать! У тебя чудная жена, скоро дедом станешь, остановись, Казанова потрепанный.

– Это действительно из-за женщины, – выдавил из себя Боря, – но она никогда не была моей любовницей. Речь идет о матери.

– О Вере?

– Да.

– Верка же давно покойница!

Боря кивнул.

– И что?

– Помнишь, отчего мать умерла?

Сергей нахмурился.

– Конечно. Вера лежала в клинике, где ей кололи лекарство, несовместимое с алкоголем. Больных предупреждали: пить во время курса инъекций строго-настрого запрещено, можно погибнуть. Вера же попросила санитара принести ей бутылку и отправилась на тот свет.

– Санитара осудили, – тихо сказал Борис, – он вышел, потом снова сел, следом вышел, и так несколько раз. Сейчас он заявился ко мне, требует денег.