– Адрес жены знаете?

– Чей?

– Жены, супруги.

– Первый раз слышу, что он состоит в браке, – дернула плечом Козлова, – последний раз сто лет тому назад видались в суде. Ему тогда большой срок дали – девять годков, как рецидивисту. Ну я к решетке подошла и сказала: не надейся, ни сухарика не куплю. Родители умерли, а я больше не стану по очередям убиваться. Хватит, наносилась сумищ, все тюрьмы знаю – Бутырскую, «Матросскую тишину», пересылку… Так и передайте, ежели он снова у вас, – Алла к нему никогда не придет!

Крупные слезы продолжали литься по ее щекам, и она даже не повернула головы, когда я тихо выскользнула за дверь. Ладно, по крайней мере знаю, где точно могу получить исчерпывающую информацию о Козлове.

Секретарша Дегтярева – моя хорошая знакомая. Леночка частенько помогала мне в разных щекотливых обстоятельствах. Сначала ею двигала простая мысль – она искренне хотела, чтобы мы с полковником поженились. Потом наши с ней отношения из вежливо-нейтральных переросли сначала в дружеские, а затем в близко-приятельские. Леночкин сын гостил у нас в Париже, и один из многочисленных щенков Жюли, плод связи мопса и йоркширской терьерицы, обитает у секретарши дома. Поэтому, услыхав мое бодрое «Привет, Ленка», подруга принялась охать:

– Ну не собака, а ходячее несчастье! То гвоздь проглотила, то пробкой от пивной бутылки позавтракала, а теперь на стекло наступила! Гулять не может, повязка все время мокнет в лужах. Кстати, ветеринар посоветовал натянуть на бинт презерватив.

– Так за чем дело стало?

Ленка хихикнула:

– Неудобно как-то в аптеке спрашивать!

– Ерунда какая.

– Знаю, – вздохнула подруга, – реклама по телику идет, а я все равно краснею. Ну, совок убогий, что поделать!

– Слушай, – предложила я, – все равно к тебе собиралась, хочешь привезу?

– Сделай одолжение, – обрадовалась Лена и добавила: – Только купи пошире и поплотней, у Вэнди лапы толстые…

С решительным видом я принялась искать аптеку.

Слава богу, теперь они на каждом углу и почему-то увенчаны не красными, а зелеными крестами.

Я влетела в павильончик и, отстояв небольшую очередь, выпалила:

– Дайте десяток презервативов попрочней и пошире.

Молоденькая провизорша выложила на прилавок разноцветные пакетики и объявила:

– Пятьдесят семь рублей.

Я оглядела красочную кучку и сказала:

– Сейчас открою, посмотрю, подойдут или нет…

Девушка пожала плечами.

– Покупайте и делайте с ними, что хотите.

Отойдя к окну, я принялась вскрывать упаковки и глядеть на содержимое. Честно говоря, выглядели изделия № 2 хило. Тонюсенькие, как паутинка, короткие и страшно узкие. Попробовав порастягивать резинку, я пришла к неутешительному выводу: эти порвутся на лапах мопсотерьера в момент.

Вздохнув, я вновь вернулась к окну.

– Других нет?

– Эти чем плохи? – фыркнула девица.

– Да вот, – потрясла я перед ее носом резиновой трубочкой, – короткие, узкие… Сразу порвутся. Дайте поплотней.

Провизорша отвернулась к шкафу.

– Вы не правы, – раздался за моей спиной голос.

Я обернулась. Худощавый мужчина с большим носом проникновенно сказал:

– Те, потоньше, лучше.

– Почему?

Советчик замялся.

– Ну как вам сказать…

– Нет, – покачала я головой, – мне нужны крепкие, чтобы в луже не порвались.

Мужик поперхнулся. Провизорша методично выискивала что-то в ящике.

– В луже? – наконец пришел в себя мужчина и спросил: – Может, лучше калоши купить?

– Да нет, – вздохнула я, – они слишком большие и широкие. Прикиньте, какое удовольствие без конца их надевать! Впрочем, если взять самый маленький размер на младенца да веревочкой подвязать…

Мужчина вспотел и отвернулся. Девушка шлепнула на прилавок довольно большую коробочку с симпатичным зайчиком.

– Берите сувенирный, самый прочный.

Я помяла в руках предложенное и спросила:

– А нет ли прочных, но нормального вида?

– Нет, – рявкнула потерявшая терпение провизорша, – вы что с ним, всю жизнь провести хотите? Имейте в виду, изделие одноразовое.

– Давайте, – отмахнулась я, – куплю все, какие есть, в случае чего два наденет.

– Знаете, – проникновенно сказала девчонка, отдавая мне пакетик, – могу посоветовать…

– Что? – заинтересовалась я. – Есть плотные и крепкие?

– Ага, – мотнула головой девица, – возьмите клизму, точно не порвется.