– Данраден. Интересно, не по этой ли причине мне всегда так не нравился Дайсон? – задал принц риторический вопрос.

– Потому, что он живет в замке?

– М-м? Нет. Потому, что ему доверяет наш отец.

Кларенс усмехнулся.

– В чем смысл твоей игры, Георг?

– Игры? – Принц немного приподнял блеклые брови.

– Зачем ты уговорил маму вызвать Дайсона и его супругу в Виндзор?

Принц внимательно осмотрел собственное отражение в длинном псише. Отпустив камердинера, он плюхнулся на позолоченный стул в стиле эпохи Людовика Пятнадцатого.

– Я всегда питал слабость к мебели именно этого периода, – неизвестно к чему сказал Георг. – Почему ты думаешь, что я имею какое-то отношение к приезду Дайсона?

– Тогда зачем мы здесь? Мы оба знаем, что только приказ короля может заставить нас приехать в Виндзорский замок. Но мы оба здесь по собственной воле, исключительно чтобы принять участие в довольно скучной личной аудиенции, на которой супругу Дайсона представят нашей матери.

Его королевское высочество сложил пальцы домиком. Он на мгновение задумался о совете, полученном от самого близкого друга, Чарльза Фокса. Во всем, что касалось герцогини Дайсон, нужно быть особенно осторожным. Георг нахмурился, силясь понять, к чему нужна такая строгая секретность. Кроме того, решил принц, Уильям ведь не человек с улицы.

Наконец он произнес:

– Нам просто интересно познакомиться с этой леди.

– Нам? Это королевское нам как просто множественное число, Георг? – насмешливо спросил Кларенс.

– И то, и другое, – улыбнулся его королевское высочество. – Мы – это я и Фокс, если тебе действительно интересно. Он считает, что в этой леди, на которой женился Дайсон, есть что-то подозрительное.

И принц вкратце описал обстоятельства, побудившие его уговорить королеву вызвать герцогиню Дайсон в Виндзор.

Кларенс громко зевнул.

– Если хочешь знать мое мнение, Фоксу надо проверить голову. «Живи и давай жить другим» – вот мой девиз. Не многие из нас настолько добродетельны, чтобы терпеть такое бесцеремонное вмешательство в личную жизнь. Особенно со стороны Фокса.

Уильям подумал о собственной спутнице жизни, миссис Джордан, и о маленьких Фитц-Кларенсах, которых она подарила ему за годы совместной жизни. Вдруг его осенило.

– Георг! – воскликнул он. – Тебе ведь никогда не удавалось убедить маму принять здесь Фокса! Если отец вдруг узнает о подобном…

Принц жестом заставил младшего брата замолчать.

– Не говори глупостей, Уильям. Ты, должно быть, считаешь меня полным тупицей. Как будто я мог осмелиться на такое!

Как было известно им обоим, Чарльз Джеймс Фокс был персоной нон грата в глазах их отца. Если бы не ограничения английских законов, король с удовольствием повесил бы этого человека на ближайшем столбе. Одного только имени Фокса было достаточно, чтобы вызвать у Георга Третьего приступ безумия.

Кларенс заметно расслабился.

– Прошу прощения, – пробормотал он. – Извини, что говорю так… Но я не понимаю, как может сработать твоя уловка. Дайсон просто представит свою жену, а потом быстро увезет ее обратно в Корнуолл, от греха подальше.

– Он так не сделает, – заявил принц очень уверенным тоном.

– Да? Почему?

– Ее величество не допустит этого. Ну, ты ведь знаешь, что мама души не чаяла в матери Дайсона.

– Да. Они стали лучшими подругами, когда мать приехала в Англию в качестве невесты короля. И что из этого?

– Мама приходится крестной матерью Дайсону.

– И?

– Я убедил ее, что герцогиня Дайсон нуждается в покровительстве, одним словом, что жена ее крестника подверглась социальному бойкоту из-за злых и совершенно безосновательных сплетен, которыми обросла ее свадьба.

– Я не слышал никаких сплетен.

Принц поджал губы.

– Уильям, ты не хочешь думать. Дело не в том, есть сплетни или их нет.

Упрямство читалось в выражении лица Кларенса, когда он нетерпеливо ответил:

– Тогда я хотел бы, чтобы ты наконец объяснил, в чем дело.

Вздохнув, его высочество ответил:

– С самыми что ни на есть благими намерениями мама заставит Дайсона представить свою герцогиню высшему обществу. Ты знаешь так же хорошо, как и я, что Дайсон никогда по доброй воле не окажет мне услуги. А когда герцогиня станет выходить в свет, Чарльз, конечно, будет тут как тут, чтобы побеседовать с ней.

– Зачем Фоксу беседовать с ней? Почему этого не можешь сделать ты? – упорствовал Кларенс. – Если герцогиня хочет, чтобы ее спасли от Дайсона, как ты, похоже, думаешь, она с таким же успехом может обратиться к тебе или ко мне, как только представится такая возможность. Почему именно Фокс?