Словно прочитав его мысли (а возможно, так было на самом деле) Селия хихикнула и, прильнув губами к его уху, зашептала:

— Морган, все это очень странно, и забавно… С той поры, как мне на пути встретился нахальный Звездный Волк, я потеряла голову. Веришь ли, с того дня, когда я украла у тебя кошелек на базарной площади, то у меня не было ни одного мужчины, кроме тебя! Не буду врать и говорить, что не хотела других… Наверное, и ты немножко утомился от той, прежней Селии. Теперь мы оба получили возможность наставить друг другу рога, да так, как еще никто в галактике их не наставлял своим супругам. Ха-ха-ха!

Чейн смущенно хмыкнул. Да, забавно… Сегодня они оба с Селией согрешили, но не с другими мужчинами и женщинами, а друг с другом. Чудеса!

Он привлек себе Селию, и та привычно улеглась к нему головой на плечо.

— Все-таки мы нашли друг друга, — сказал он. — Надо отдать должное Джону Гордону — хотя бы в этом он нас не обманул.

Селия вздрогнула.

— Мерзавец, какой же он мерзавец… — процедила она сквозь зубы. — Не верится, что когда-то мы были друзьями! Благодаря Господу я оставила своего ребенка там, в далеком будущем. Страшно подумать, что ее мамой станет эта отвязная девица Эвелин! Насколько я узнала, дочь Карродайна вела разгульный образ жизни. На обмен разумов она согласилась из-за пресыщенности. На Земле она все попробовала, вот и захотелось попробовать чего-то новенькое на другом конце галактики… Сын, неужто его будет воспитывать эта дрянь?

Селия зарыдала, и Чейну пришлось приложить немало усилий, чтобы она немного успокоилась.

— Ничего, мы что-нибудь придумаем, — сказал он, впрочем, не очень уверенно.

— Придумаем? Но что? Установка по обмену разумов находится на другом конце Млечного Пути, и в совсем другом времени. Отсюда, с этой варварской Земли туда нам не дотянуться, и никто нам не поможет. Морган…

— Да?

— Я скажу сейчас ужасную, гадкую, предательскую вещь… Может быть, нам надо смириться? Да, ты навсегда потеряли своего сына, но… но у нас могут быть другие дети! Я молода, мне лет семнадцать или восемнадцать, точно даже не знаю. Ты человек пожилой, но не так уж плох в постели. Я рожу тебе одного, двух, трех детей — сколько захочешь!

Чейн задумался.

— Нет, ты только подумай, Морган, как хорошо мы смогли бы жить здесь, на этой доисторической Земле! Я слушала твою пламенную речь об Исходе, и даже плакала от радости. По-моему, ничего более мудрого ты никогда не говорил! Хватит этой вечной борьбы Моргана Чейна с врагами галактики, я сыта ей по горло! У сэра Алекса Бирса масштабы куда скромнее, и слава Богу! Мы построим свой дом там, возле Скалистых гор и проживем там до самого конца. Ты будешь строить свою замечательную Цитадель, я буду рожать детей, воспитывать их, заботится о доме. Ну и конечно же помогать тебе в работе по мере сил. И все! Не будет никаких Х’харнов, никаких Шорров Канов, никаких галактических мессий и всего такого, от чего я смертельно устала. И к тому же…

Селия замолчала, но Чейн понял ее тайные мысли:

— И к тому же, в этом, другом мире, я стану таким же смертным человеком, как и ты? Верно. Неужели, эта мысль тебя так угнетала, милая?

— Конечно.

— Хм-м… мне никогда такое и в голову не приходило! Хотя… ну конечно же, я должен был давно догадаться, болван. Наверное, ты меня… ревновала?

Селия всхлипнула и отвернулась.

— Ты на самом деле большой болван, Морган. Конечно же, как и любая влюбленная женщина. Я не могла желать тебе смерти, пусть даже и через сто лет. Я бы все отдала за то, чтобы мой дорогой муж жил вечно! Но… ведь ты ведь не смог бы долго жить в одиночестве, верно? Очень скоро после моей смерти рядом с тобой появилась бы другая женщина, затем вторая, третья… С веками ты сбился бы со счета своим женам и любовницам, и забыл бы даже мое имя. Разве не так? Вспомни: до меня ты любил Врею, Ормеру и Милу, успел похоронить их и забыть.

— Нет, я не забыл их, — тихо сказал Чейн. — Но по-своему ты права. Наверное, нам придется смириться. Даже если я попрошу помощи у всех ученых Земли, нам это не поможет. Они все равно не смогут построить ни установку по обмену разумов, ни машину времени. Думаю, что даже обычный звездолет они тоже не смогут построить, хотя нам с тобой от него было бы мало толку. Только подумай: ведь человечество ныне еще даже не вышло за пределы Солнечной системы! Насколько я помню, звездолеты будут построены только Цитаделями, и это произойдет еще нескоро. Разве что…

Чейн вспомнил про Стеллара и мысленно позвал его, но психоклон вновь не подал даже признака жизни.

— Что? — тихо спросила Селия, и в ее голосе прозвучала нотка страха.

— Нет, ничего особенно… Просто я вспомнил о Зарте Арне. Как-то ему сейчас живется в моем теле? Насколько я понял, Джон Гордон и Большой Мозг задумали какую-то хитроумную комбинацию с участием бедняги Зарта. Но осознает ли он сам, в какие игры его заставят играть? И захочет ли он изображать из себя лже-Чейна? Ха, это будет ничуть не легче, чем мне изображать из себя Алекса Бирса!

Селия долго молчала, и затем тихо промолвила:

— Думаю, это будет гораздо сложнее. К тому же Дилулло, Рангор и все другие вряд ли будут сидеть со сложенными руками. Да и не только одни они!.. Но я не стану желать им удачи.

Чейн промолчал. Мысль о том, чтобы смириться перед судьбой, шокировала и возмущала его, но одновременно и успокаивала. Действительно, что он может сделать? Роль Алекса Бирса — тоже далеко не сахар, но даже сравниться не может с тем, что ему предстояло пережить в шкуре галактического мессии. Одна вечная жизнь через некоторое время превратилась бы в ад. Там, в далеком будущем, ему предстояло похоронить Селию, своих детей и внуков, не говоря уже о Джоне Дилулло, Диане и многих дорогих его сердцу друзьях. Не случайно в том пророческом сне, он с таким смирением принял смерть от рук своего первенца!