Шрифт:
— Про службу свою нелёгкую.
— С-служил я в ч-части наш-шей. Потом сюда п-перевёлся, полтора месяца назад.
— Чего ж перевёлся-то? Что хорошего ждал в Зоне увидеть?
— Д-дядя сказал перев-вестись…
— Какой дядя?
— М-майор… командир заставы… нашей…
— Во-о-он оно что! — протянул Немо. — Значит вас там целое гнездо свилось. Поня-ятно. И ничего странного за последнее время не заметил?
— Н-нет…
— А поведай нам, пожалуйста, — издевательски протянул сталкер. — Что же такое твой дядя, за скромное вознаграждение пропускал в Зону? Что было в тех грузовиках?
— Н-не знаю…
— И даже не догадываешься?
— Н-н-н-нет!
— Странно, я думал что знаешь. Тогда ты нужен был бы нам живым, — рывком сорвав с плеча винтовку, Немо уткнул ствол в левый глаз пленного.
— Стойте! Мужики, не губите! Ничего плохого не сделал я! Отпусти-и-и-ите-е-е, — тот заскулил, увернулся от дула и уткнулся лбом в жидкую траву.
— Что было в грузовиках? Что заметил необычного с ними?
— Зам-метил! — обрадовано вскинул лицо военный. — Клянусь, господин сталкер, заметил! Я слышал! Шорох т-там раздался какой-то и что-то вроде в-всхлипывания! Я ещё подумал, что же такое они везти м-могут, что всхлипы слышны!
— Молодец, наблюдательный! — с сарказмом ответил Немо, скрывая за спокойной маской сложный процесс обдумывания, перебора десятков вариантов. — И что же, прямо в Зону они поехали?
— Да… Вспомнил! Я ещё вот что вспомнил! — затараторил лейтенант так быстро, что даже перестал заикаться. — Каждый раз за день до грузовика, сталкер к дяде приходил! В-высокий такой, нескладный, карабин всё с собой таскал, а на ногах — кроссовки какие-то дорогие. И хвост! Хвост на затылке, длинный, тощий!
— Знаю такого, — подтвердил Эру, а Игрок кивнул. — Недалеко от Бара живёт. Мелкий скупщик. Очень мелкий. Так и зовут — Малёк.
— Вот! Видите, я знаю!
— Да. Ты знаешь, — смахнув маску клоуна, устало произнёс Немо. — И ты всё это время знал. Ты хоть раз пытался поговорить с дядей на эту тему?
— Господин сталкер, да вы что! Это же армия! Тут только подчиняешься приказам, обсуждать их нельзя! Дядя сказал пропустить, ну я и пропускал!
— Сколько он тебе платил? — рявкнул сталкер.
— Ч-что?
— Платил он тебе сколько, мразь? — удар коленом в челюсть опрокинул лейтенанта.
— Двести! Всего двести долларов, кажд-дый раз, как груз-зовик прох-ходил! Всего лишь двести!!!
— Две разукрашенные бумажки… Как же дешёво ты продал…
— Что п-продал?
— СОВЕСТЬ И ЧЕСТЬ!
— Н-не продавал! Клянусь вам, господин Немо, я честный человек!
— А дядю ты хоть раз пытался отговорить? — Немо уже не был никаким. Он сыпал злобой и яростью, едва сдерживаясь, чтобы не врезать ещё раз.
— Если б попытался, он же меня со свету сжил бы! Вы же понимаете…
— Понимаю. А попытался бы отговорить, может остался бы живым. Эру, выдвигайтесь. Аккуратнее в темноте. Я с остальными вас догоню.
Пожав плечами, ткнув Москита кулаком в бок, заранее отбивая желание ныть, Эрудит закинул рюкзак на плечи, взял оружие наизготовку и ушёл во тьму, медленно продвигаясь вперед и показывая путь остальным. Когда они ушли метров на тридцать, Калю показалось, что он услышал едва различимый вскрик и бульканье, будто бегемот, лёжа в болоте, решил попускать пузыри. А минуты через три Немо с Котом и Перуном догнал их, привычно вставая во главе колонны.
А на заставе ещё долго суетились, сваливая вину друг на друга. Через несколько часов, когда рация всё же была починена, они вызвали целую роту десантников и взвод спецназа. И лишь при поддержке БМД и остального подкрепления, появившегося поздно утром, выдвинулись на поиски похищенного лейтенанта. В полукилометре от заставы они нашли его обглоданное за ночь тело. Нескольких военных стошнило. Ещё трое опорожнило свои желудки, подойдя посмотреть на „странные круглые штуковины“ в кустах. На вбитых в землю кольях, покоились головы дяди и племянника с выклеванными глазами.
Забрав тело и головы, отряд с максимальной скоростью, по пути завалив полдесятка зомби и трёх кабанов, рассказывали друг другу старые байки о самом страшном животном Зоны — сталкере. И лишь Ратников шёл в стороне от всех, молча, разглядывая странную записку: „Оставайся таким всегда!“
VI
— Эру, говоришь, что знаешь, где обитает этот Малёк? — подозвав к себе сталкера, спросил Немо, указывающий путь в полной темноте, едва рассеиваемой лунным светом, с трудом пробивающимся сквозь жидкую листву…
— А то. Говорю ж, недалеко от Бара.
— Проводишь? Потом рассчитаемся.
— С чего вдруг потом??? — как всегда вклинился Москит, идущий за ними. — Мы договорились на пять артефактов, вот и гони нам их! И нечего завтраками нас кормить!
Немо спокойно проигнорировал брюзгу, отчего тот взбесился ещё больше.
— У тебя что, с ушами плохо??? — взревел он, срывая с плеча автомат и, направив в спину сталкера, щёлкнул предохранителем.
— С ушами хорошо, — внезапно остановившись, ответил Немо. Никто не успел заметить из-за ночной темноты, как он сумел резко развернуться, ударом ладони отвести от себя ствол и нырнуть за спину Москита. Заметили лишь когда странный, коричневатый клинок оказался у самого уха придиры. — Без ушей — плохо.