Внезапно Катрин ощутила новый волнующий аромат. Это распустились спящие розы и их запах смешался с запахом разгоряченного тела мужчины, вызвав у нее новый всплеск желания. Положив ладони Джейсону на грудь она принялась ласкать его с таким пылом, что он громко застонал и крепко сжал руками ее бедра.

– Я люблю тебя, Джейсон, милый хороший, единственный мой… – шептала она, осыпая бурными поцелуями все его лицо, шею, крошечные вишневые бутоны груди. Сердце Катрин переполнял восторг, ее тело горело словно в огне, желание полнее почувствовать мужчину возрастало с каждым мгновением.

Когда нетерпение достигло предела, Катрин опустила ладонь на пульсирующую плоть Джейсона и слегка сжала пальцы, побуждая его к решительным действиям. Громко вскрикнув, он мягко высвободился и опрокинул ее на спину. В то же мгновение Катрин почувствовала, как он входит в нее, проникая в тесные глубины нежными упругими толчками. Чуть помедлив, он подхватил ее бедра и задвигался быстрее, заставляя ее сходить с ума от нарастающего желания. Яркая вспышка света ослепила Катрин, бутоны роз слились в одну сверкающую гирлянду и закружились. И вдруг внутри ее тела словно распрямилась упругая пружина, что-то вырвалось наружу и вместе с победным криком унеслось за пределы земного бытия…

Медленно и неохотно Катрин возвращалась из прекрасных заоблачных далей. Неужели она не умерла и весь этот мир не умер вместе с ней? Но нет, напротив, казалось, он стал еще живее. Солнце уже полностью вышло из-за кромки горизонта и светило вовсю, а аромат цветов дурманил; жужжали пчелы, собирая нектар. И рядом, совсем рядом – голос любимого мужчины. Но почему-то он звучал совсем неласково и произносил совсем не те слова, которые ожидала услышать Катрин.

Сладкий туман окончательно развеялся, когда Джейсон, больно схватив ее за плечи, сильным рывком поднял с одеяла и поставил па ноги. Катрин изумилась, когда увидела, что он уже полностью одет. Но еще больше она смешалась, когда взглянула Джейсону в лицо.

Это был совсем не тот человек, с которым она только что занималась любовью! Неприступный и жесткий, словно грозная крепость с наглухо закрытыми воротами. Глаза, вновь ставшие стальными, смотрели холодно и презрительно, на губах, еще хранивших легкую припухлость от поцелуев, застыла издевательская усмешка.

– Что я вижу, миледи? – насмешливо спросил он, грубо приподнимая ее подбородок. – Неужели вы смогли испытать наслаждение в объятиях того самого мужчины, которого несколько часов назад так яростно ненавидели? Знаете, глядя на вас сейчас, очень трудно поверить, что прошлым утром вы порывались сбежать прямо из-под венца, нимало не заботясь о том, что сделаете жениха посмешищем! Или… все, что случилось сейчас, было лишь искусной игрой? Отвечайте, черт вас побери! Вам ли не знать, как здорово я умею вытрясать признания, если понадобится!

Катрин смотрела на Джейсона, не в силах вымолвить ни слова. Боже, что с ним произошло? Всем своим существом она отказывалась воспринимать его слова. Только что она была так счастлива, но грубый голос Джейсона вернул ее с небес на землю. За несколько минут чудесной близости она простила ему все былые обиды, отдалась и телом, и душой, ожидая того же взамен. А вместо этого он оскорбляет ее, обвиняя в том, что она специально соблазнила его.

– Не испытывайте мое терпение, миледи! – в голосе Джейсона звучала нешуточная угроза. – Если я задаю вопрос, то всегда рассчитываю получить быстрый ответ. Не заставляйте меня прибегать к помощи хлыста, как это было в первый раз!

Вскрикнув, как от удара, Катрин отпрянула и прижалась спиной к деревянной решетке, чтобы сохранить равновесие. Нет, в это невозможно было поверить! Неужели он собирается избить ее, как тогда, после их первой близости в ночь маскарада? Ну нет, во второй раз она не позволит ему совершить подобное! Если он думает, что вправе безнаказанно издеваться над ней, ему придется изменить свое мнение.

– Позвольте мне одеться, граф Стенфилд, – с достоинством произнесла Катрин, поднимая измятое платье. – Или станете ждать, пока сюда забредет кто-нибудь из ваших гостей и застанет хозяйку Мелверн-парка в столь неподобающем виде? А потом, если вам будет угодно, мы вернемся в дом и поговорим обо всем, что вас интересует.

Лицо Джейсона побелело от злости, но он промолчал. Не удостоив его даже взглядом, Катрин вышла из беседки и неторопливо направилась к дому. Джейсону ничего не оставалось, как последовать за ней. Предупредив, однако, возможность жены укрыться в своей комнате, он влетел туда следом, закрыл за собой дверь и, скрестив руки на груди, встал перед Катрин.

– Итак, я требую объяснений, миледи, – повторил он угрожающим тоном, продолжая при этом сверлить ее злобным взглядом.

Опустившись в кресло в намеренно небрежной позе, Катрин с усмешкой посмотрела на Джейсона.

– Хорошо, милорд. Объясните более понятным языком, что именно вы хотите от меня узнать?

– Прежде всего, – медленно произнес он, – мне хотелось бы узнать, как вы оказались в парке в такое позднее время.

– Вернее, в такое ранее время, – уточнила Катрин. – Я пришла в парк, когда светало.

– Неважно. Главное, что вы смогли безошибочно отыскать место, где я обычно купаюсь и люблю отдохнуть. Кто подсказал вам, где меня искать? Вы не знаете парка, и сами не смогли бы добраться туда.