Шрифт:
– Лорд Гаф, главнокомандующий нашей армии, лично возглавил войска в битве под Рэмнаггаром, – говорил полковник своим необычно высоким для такого крупного мужчины голосом.
Бейтмэн, краснолицый, с густыми бакенбардами, выглядел добродушным дядюшкой, но Шарль прекрасно знал, что этот грузный на вид мужчина передвигался с легкостью кошки, во время рукопашной схватки его точные удары были так же смертельны, как укус кобры.
– Но эта битва не внесла решающего перелома в кампанию. – Полковник взял из позолоченной табакерки понюшку табаку. – Черт бы их побрал! Мы просто вынуждены довести дело до конца и разобраться с сикхами раз и навсегда. Лорд Дэлхуси и Джон Компани призвали примерно наказать мятежников.
– Войска и сейчас ведут активные действия? – поинтересовался Шарль совершенно безразличным тоном; даже сидевший рядом Дмитрий не понял, как относится его друг к последним новостям.
Громко чихнув, полковник отставил табакерку в сторону. Он вытер нос огромным носовым платком и пожал мясистыми плечами.
– Вся армия либо участвует в маневрах, либо марширует, но я не могу даже предположить, когда и где состоится следующее сражение. Я и сам получил приказ выйти в Чиллианваллах в конце недели.
В беседе ненадолго возникла пауза – Шарль и Дмитрий обдумывали услышанное. Затем Дмитрий спросил:
– А как насчет Пенджаба, полковник? Вы не хуже нас знаете, что здесь родина сикхов, их дом. Может ли европеец без опаски ходить по улицам Лахора?
– Всегда найдутся недовольные или ожесточившиеся люди, – медленно проговорил офицер. – Но сикхи – гордый народ, и они не унизятся до убийства женщин и детей.
– И все же вы не совсем в этом уверены, – заметил Шарль. Полковник Бейтмэн тяжело вздохнул:
– Армию сикхов поддержала афганская кавалерия. Большинство из них африди. Уж вы-то помните, что это за народ.
Зеленые глаза Шарля сузились, превратившись в щелки.
– Конечно, я их не забыл, – пробурчал он. Африди, атаковавшие «Звезду Востока» и едва не погубившие Рэйвен, были наркоманами, а посему лишились своей гордости и утратили боевое искусство. А вот если бы Рэйвен захватили настоящие воины гор, непредсказуемые и готовые умереть за свободу, она бы просто не выжила. При этой мысли Шарль невольно вздрогнул, его глаза сверкнули.
– Да, полковник, я их хорошо помню, – произнес он; его зеленые глаза вперились в нарядный мундир британского офицера. – Но и им вряд ли придет в голову гоняться за беззащитными британскими подданными по улицам Лахора. Как это не приходит в голову их союзникам сикхам.
– Да, пожалуй, – кивнул полковник. – Можно даже сказать, что Лахор безопасен… пока безопасен. Но я уверен: однажды они попытаются вернуть себе этот город, ведь он когда-то был столицей империи сикхов.
– По крайней мере мы здесь долго не задержимся, – пробормотал Дмитрий.
Шарль же думал об алмазе «Кохинор». Он усомнился в том, что им удастся найти бесценный алмаз в стране, объятой войной. Неожиданно в дверь постучали.
– А-а… Пенелопа, – ласково улыбнулся жене полковник. – Обед уже готов? Должен признаться, что мне не терпится познакомиться с мисс Бэрренкорт. Ведь Дмитрий столько мне о ней рассказал…
– Она и Беттина уже ждут вас в гостиной, – ответила миссис Бейтмэн.
Черные ресницы хозяйки по-девичьи затрепетали над выгоревшими голубыми глазами. Она улыбнулась капитану. При дневном свете он казался еще красивее, чем ночью, в мерцающем свете фонарей и свечей. Миссис Бейтмэн была уверена, что даже лейтенант Дэвид Таит, которого она считала превосходной партией для Беттины, вряд ли мог соперничать с Шарлем Сен-Жерменом. Более того, Роджер сообщил ей вчера, что этот человек – граф. Перспектива отхватить для Беттины заодно и титул представлялась весьма заманчивой.
Если бы не расплывшаяся талия и чрезмерное увлечение косметикой, Пенелопу Бейтмэн можно было бы даже назвать красивой. Шарль вежливо предложил ей руку, когда они покинули кабинет полковника. Почувствовав пальцами каменную твердость его руки, Пенелопа невольно вздрогнула. Пожалуй, он не подходит Беттине, решила она. Слишком уж горд и строг… Миссис Бейтмэн нахмурилась.
Старый индус склонил голову в низком поклоне, когда они прошли мимо него по покрытому коврами коридору. Он же распахнул перед ними двери в гостиную. Пенелопа остановилась на пороге, чтобы представить Шарлю свою дочь. Но гость, казалось, даже не заметил моргающую от смущения Беттину. Он уставился на Рэйвен Бэрренкорт, которая стояла у французского окна, глядя на тусклый зимний сад.