Лишь вколоченная за год дисциплина удержала курсантов от посыла офицера к растакой-то матери. Они ограничились лишь кратким докладом, что пострадавших нет. Каплей удостоверившись, что трупов в отсеке не наблюдается, продолжил:

— Поздравляю вас с обкаткой, гардемарины! Перегрузка достигла одиннадцати «же», и это еще цветочки! Перегрузки по направлению грудь — спина переносятся человеком вполне удовлетворительно. Позже вы попробуете на себе боковые и поймете, что сегодня еще легко отделались. А пока с вас хватит, наслаждайтесь полетом! Сейчас мы находимся на высоте одиннадцать тысяч триста метров, скорость две тысячи сто километров в час, экипаж и я лично желаем вам приятного полета!

Со щелчком динамик отключился. Денис позволил себе расслабиться, ощущая, как отдается боль в каждой мышце многострадального организма. Сидящий справа от него Стюарт едва слышно выругался и задал вопрос в пустоту:

— Да какого черта происходит?

Денис философски ответил:

— В свое время узнаем.

Летели они часа три, и Денис уже начал откровенно скучать в серой стальной коробке без единого экрана или, на худой конец, иллюминатора. Увы, на военных кораблях никогда не бывает иллюминаторов, они ослабляют корпус. Конструкторам важнее прочность, чем забота об эстетике.

Большинство курсантов дремало, а вот к Денису сон не шел, слишком сильно занимал его вопрос о своей будущей судьбе. Вот так, безо всякого предупреждения, загрузили в транспорт, обозвали гардемаринами и отправили черт знает куда! И это странное прощание начальника училища. К чему оно?.. Стоящих идей так и не появилось, и Денис наконец-то закрыл глаза, но тут, как по закону подлости, транспорт пошел на снижение.

Садился он по-самолетному, с пробегом — видимо берёг рабочее тело, наверняка пожженное маневрами на форсаже. Пилот притер машину к полосе почти нежно, и после недлинного пробега транспорт замер. Тут же открылся люк, и отсек залило утреннее солнце. Кто-то из ребят присвистнул:

— Далеконько же нас завезли, если на дворе все еще день!

— Скорее полдень. А вообще, считай сам: тысяч шесть километров мы пролетели, если каплей насчет скорости не соврал.

Ответил некстати просунувшийся в люк капитан-лейтенант:

— Офицеры никогда не врут, гардемарин, советую вам запомнить это на будущее. Ваша фамилия?

— Курсант Штерн, сэр.

— Я запомню вас, курсант. Все, выходите строиться!

Денис отстегнул страховочный ремень и, почесывая затекшую от неподвижности ногу, вышел наружу. Едва он показался из люка, как в лицо ударил изнурительный зной, и пару мгновений Денис болезненно моргал, привыкая к ослепительному сиянию солнца. И лишь потом сумел оглядеться. Транспорт стоял на здоровенном взлетном поле, заполненном всевозможными летательными аппаратами, — от классических вертолетов до стометровой туши корвета. В километре виднелись полукруглые, окрашенные в камуфляж ангары, судя по размерам, способные вместить каждый по паре таких корветов. Да что это за место?..

Они построились, встав так, чтобы попасть в тень транспорта, уж слишком непривычным казался обрушивающийся с неба зной. Капитан-лейтенант зачем-то пересчитал их и показал на подъезжающий небольшой автобус.

— Грузитесь в транспорт, гардемарины. И добро пожаловать в академию Военно-космического флота.

Денис облизнул пересохшие от жары губы:

— Сэр, разрешите обратиться?

— Разрешаю.

— Где мы, сэр?

Капитан-лейтенант закатил глаза:

— Повторяю специально для вас, гардемарин. Вы в академии ВКФ. А если вас интересует местоположение, то поясняю: Академия расположена в Африке, приблизительно в ста пятидесяти километрах севернее экватора. Догадаетесь почему, гардемарин?

— Так точно, сэр, данное местоположение выбрано для экономии топлива при выходе на орбиту. Вращение Земли, сэр.

— Молодец, гардемарин! Значит, правда, что вы наиболее перспективные на своем курсе. Хоть в чем-то легче. А сейчас все на борт, не хватало еще вам тепловой удар словить.

— Десанту тепловой удар не страшен, сэр!

Каплей посерьезнел:

— Вы больше не десант, парни, вы — гардемарины академии ВКФ.

Услышав негодующий ропот в рядах, каплей прибавил металла в голосе:

— Отставить! В свое время вам все объяснят! Вы, кажется, давали присягу! Из которой я напомню слова про выполнение своих обязанностей в любом месте, куда вас пошлет командование. Так вот, командование решило, что именно здесь вы принесете больше всего пользы Лиге! Все! В автобус бегом, МАРШ!!!

Они нырнули в кондиционированную прохладу салона, каплей вошел последним и, приветливо кивнув водителю, указал на лежащие у каждого подлокотника бутылки с водой:

— Выпейте каждый не меньше чем полбутылки. К местному климату будете привыкать постепенно.

Автобус покатил к далеким ангарам, давая возможность сидящим полюбоваться на ровные ряды летательных аппаратов. Академия флота! Денис покачал головой: с детства хотел пойти по стопам отца, став офицером десанта. И вот, по прихоти судьбы, похоже, его мечтам не суждено сбыться. Приказы такого уровня не обсуждаются, и бесполезно подавать на апелляцию. Он или окончит Академию, или вылетит с позором из армии. Да уж, богатый выбор.

— Сэр, я могу позвонить?

Каплей кивнул:

— Конечно, гардемарин. Во флоте не такие драконовские порядки, как в десанте. У нас есть и выход в сеть, и регулярные увольнительные. А до ближайшего города всего час езды.