Резон в сказанном был, если им снова удастся поразить энергостанцию, то жуткая огневая мощь врага практически сойдет на нет. И останутся только ракетные крейсера, способные одномоментно насытить пространство совершенно неприличным количеством торпед. Но Денис слышал, что техники обсуждали несколько предложенных способов борьбы против одной, хоть и многочисленной волны ракет. И очень хотелось надеяться, что сработает хотя бы один из них. Он украдкой бросил взгляд на свой экипаж и обалдел, поняв, что Заремба откровенно клюет носом. Ткнуть бортинженера новоиспеченный командир не успел, подполковник продолжил знакомить с вводной:

— Теперь к текущей ситуации. Вражеский флот в двухстах минутах полета, и наши расчеты показывают, что они собираются выйти на околопланетную орбиту. По крайней мере, иначе даже при их тяговооруженности будет довольно затруднительно обойти планету на нужном расстоянии. А если мы правы, то это их очень большая ошибка, господа. Бой на небольших расстояниях и скоростях нам только на руку. Но думаю, о ходе ведения боя лучше расскажет ваш командир.

— Благодарю, господин полковник. — Ди Митров стер предыдущую картинку и вывел свою, изображающую околопланетное пространство Иллиона и расположенные вокруг него немногочисленные объекты. Яркие цвета, отмечавшие орбитальные заводы и боевую платформу, на секунду оживили усталое лицо капитана второго ранга. — Я бы не рассчитывал на глупость наших врагов, господин полковник, расчеты могут оказаться ошибочными. В любом случае, штаб флота разработал два основных плана проведения операции.

На экране появилась новая группа точек, изображавшая корабли Второго ударного флота. От крупных отметок отделились две кучки более мелких, и флот стал маневрировать, стараясь скрыться от огибающего планету флота аспайров.

— В случае классической атаки на планету, когда они постараются выманить нас из-под ее защиты, постараться максимально долго оставаться там, и лишь когда противник подойдет на дистанцию уверенного поражения нашим оружием, атаковать. В этом случае такшипам снова придется выйти из-за горизонта планеты первыми, атаковать торпедным оружием и принять меры по перехвату ответного роя. Ну а дальше по обстоятельствам, расписать подробнее не представляется возможным. Расстояние слишком маленькое, и, скорее всего, нас ждет собачья свалка. Что не хуже, господа, малая дистанция нивелирует разницу в технологиях.

Ди Митров вновь сменил изображение. Теперь аспайры тормозились и выходили на высокую орбиту Иллиона. Зеленые точки человеческих кораблей вырывались из-за горизонта, а часть маленьких, изображающих такшипы, и вовсе пронзала атмосферу по хорде, выныривая прямиком среди вражеского ордера.

— Если же события сложатся, как описал господин полковник, то часть наших такшипов, пилотируемая наиболее опытными экипажами, пройдет через атмосферу, и одновременно с выходом флота из-за горизонта планеты нанесет удар прямо в подбрюшье аспайров. Новички при таком раскладе остаются прикрывать ядро флота. В атаку идут четыре первых дивизиона от нас и четыре с «Фон Брауна». Такшипы, укомплектованные местными экипажами, в этом случае стартуют с поверхности на бустерах.

Денис рефлекторно поежился. Теоретически атмосферный таранный щит мог выдержать такие испытания, но орбитальная скорость в атмосфере! Им же придется пройти тысяч пять километров, а это больше часа на орбитальной скорости! Никто и никогда не рассчитывал АТЩ на столь длительные нагрузки. Остальным тоже явно стало не по себе, и Ди Митров, тут же уловивший изменение эмоционального фона, поспешил успокоить:

— Еще раз повторю, что не считаю аспайров идиотами. Не уничтожив флота, соваться на низкую орбиту чревато неприятностями!

Рядом отчетливо послышался шепот Стюарта:

— После того разгрома чихать они на нас хотели.

Ди Митров явно расслышал шепот, но от комментариев воздержался. Да и что ему было возразить выжившему в том страшном бою? Проигнорировав Бэйна, кавторанг чуть дернул ладонями вверх:

— Подъем, экипажи! По машинам и пребудет с вами удача! Вылет через пятнадцать минут.

Экипажи синхронно встали, с гулом захлопали опускающиеся кресла, и, толпясь чуть более обычного, люди двинулись к выходу. Новички все-таки еще не успели привыкнуть к корабельной жизни, сам-то Денис мог с закрытыми глазами добраться от конференц-зала до люка родного такшипа. Поэтому он поспешил вперед, перепрыгивая принайтовленные в коридорах ящики с припасами, рыбкой проскакивая в люки, что закроются, едва последний космонавт займет свой пост. Он рвался вперед! Не так уж далеко — три сотни метров, со всеми изгибами коридоров и горловинами люков.

Денис четко отследил момент, когда в изогнутом переходе пропала гравитация, и, оттолкнувшись, полетел, почти не корректируя себя касаниями за специальные поручни. Правда, такая тяга к скорости едва не привела к паре серьезных столкновений с другими офицерами из экипажей тактических кораблей. В шлюзе они даже образовали небольшую кучу-малу, пытаясь быстрее миновать его. Денис чудом увернулся от каблука, летящего прямиком в нос, чувствительно схлопотал чьим-то локтем по шее, кажется, сам задел кого-то, но они уже вырвались на оперативный простор в шлюзовой отсек. Здесь все брызнули в разные стороны — каждый экипаж к своему шлюзу. Денис оттолкнулся посильнее, лететь почти сто метров, а сопротивление воздуха изрядно гасит скорость.

Тому, кто распределял по отсеку груз, нужно было ставить памятник. Закрепить объемные контейнеры, да так, чтобы соблюсти центровку масс и одновременно оставить свободными коридоры к каждому из шлюзов тактических кораблей — нужно быть великим мастером своего дела. Денис вновь мысленно пожал руку неведомому технарю из команды «Авера». Совершенство заслуживало уважения в любом деле, даже в столь рутинном, как укладка и центрирование масс.

За скобу у люка он ухватился первым, почти на десять секунд обогнав прыгнувшего следом Стюарта. Заремба, который, видимо, не совсем проснулся, и вовсе протиснулся в «Живучего», когда Денис уже влезал в летный скафандр. Сверкнув белоснежными зубами, бортинженер посетовал: