– Вы двое позаботьтесь о клиентах, а я пока сделаю побольше кофе, – сказал мистер Клэнси.

Следующие пятнадцать минут прошли в работе. Все спешили перекусить, а когда начался первый раунд лотереи, Саммер вздохнула с облегчением. Она чувствовала себя так, словно язык проглотила, и, в добавок, ею овладела паника. О чем ей с ним говорить? В ее голове крутилось множество вопросов, которые она могла бы ему задать, но все они звучали так, будто она собиралась взять интервью для школьной газеты, а не просто поболтать с ним.

Неужели другие девчонки чувствуют себя так же неловко рядом с парнями? – задумалась Саммер. Энн Логан знала бы, что сказать, и при этом быть милой и застенчивой.

– В какой школе ты учишься? – решил проблему Дэвид.

Саммер прекратила вытирать тряпкой столешницу и повернулась к нему.

– Реджис, – выпалила она, понизила голос, чтобы не мешать выкрикам лотереи, и продолжила: – А ты в какой?

– Чалмерс, – ответил Дэвид. Саммер поразилась. Чалмерс была частной школой для мальчиков [4] . Неудивительно, что она никогда его раньше не видела. – Осенью я уже буду выпускником. А ты в каком классе?

– Я скромная десятиклассница, – проговорила Саммер, усмехнувшись и надеясь, что ее ямочки было видно, когда она улыбнулась. Реджина часто говорила, что эта ее черта одна из лучших. – Мы можем посидеть там и подождать перерыва, – добавила она и указала на маленький карточный стол, расположенный у задней стенки.

Никто из них не сказал ни слова, пока они смотрели друг на друга через стол. Саммер все еще нервничала; ее ладони вспотели, и она усердно молилась, чтобы Дэвид этого не заметил. Она поняла, что все еще держит тряпку, и положила ее на стол.

Я просто дура, решила Саммер. Он не может заинтересоваться мной. Мальчик из Чалмерс, такой красивый, как Дэвид, да еще и выпускник.Нет, Саммер была уверена, что как минимум дюжина девчонок увивается за ним. Пока они работали вместе, он был милым и вежливым, вот и все. Почему-то Саммер расслабилась. Раз уж у нее нет ни единого шанса, зачем пытаться? Ей нужно просто наслаждаться этим вечером и быть самой собой. Кроме того, она действительно не умеет заигрывать, это не в ее стиле.

Напряженность испарилась. И Саммер свободно заговорила, рассказывая Дэвиду о школе для мальчиков и девочек, в которой училась. Они обсуждали достоинства и недостатки обеих школ. Дэвид выглядел расслабленным и, похоже, ее рассказ его действительно заинтересовал.

– Почему ты сегодня здесь? – вдруг спросила Саммер. Она решила, что это прозвучало слишком грубо, и поторопилась добавить: – В смысле, я прихожу сюда каждый вечер по понедельникам, и мне просто интересно, почему я не видела тебя здесь раньше.

– Я тут в первый раз, – ответил Дэвид. – У моего деда пошаливает сердце, и он больше не может водить машину, поэтому я вызвался довезти его. Он любит играть в лотерею.

– И мой дед любит бинго. Он играет, по меньшей мере, с двадцатью карточками за раз, – преувеличила она.

– Как и мой дед, – сказал Дэвид и рассмеялся. – Твой дед когда-нибудь выигрывал джек-пот?

– Нет, но он уверяет, что всегда близок к победе. Слишком близок, чтобы сдаться, – ответила Саммер. – Я хожу с ним в церковь каждый понедельник в любую погоду. Он ни за что не пропустит лотерею, – призналась она.

– А в следующий понедельник ты снова будешь здесь помогать? – поинтересовался Дэвид.

– Конечно, – ответила Саммер. – А ты? Ты вернешься? – спросила она так небрежно, как только могла.

– Если ты будешь здесь, я приеду.

Дэвид, казалось, смутился от своих слов: его щеки порозовели, а желудок Саммер сделал двойное сальто.

– Да, я буду здесь, – быстро ответила она. Внутри у нее все вопило от радости.

Остаток вечера прошел как в тумане, и вскоре пришло время забирать дедушку и идти домой. Дэвид предложил подвезти их, но прежде чем Саммер смогла согласиться, ее дед заявил, что прогулка – это его единственная разминка. Саммер скрыла свое разочарование. Она была на седьмом небе от счастья… Дэвид попросил у нее номер телефона!

На следующее утро Саммер опаздывала и спешила отвести Майкла на урок плавания. Он шел рядом и выглядел ужасно глупо в лимонно-желтом купальнике и красных зимних ботинках, но у Саммер не было времени с ним спорить. По крайней мере, он обещал снять ботинки и красное полотенце, когда залезет в бассейн. Саммер только и успела надеть темные мамины очки и надеялась, что никто ее не узнает.

Они уже стояли на углу Хай Драйв и бульвара Мейер, когда Саммер услышала, как ее окликнули. Она сразу же узнала этот распевный голосок. Энн Логан. Вот тебе и маскировка, вздохнув, подумала Саммер. Она сняла темные очки и искоса взглянула на Энн.