Услышав это, Элайна подняла голову, а леди Уайлдвуд продолжала:

— Только ради тебя, детка, я стала жить дальше. Тревога за тебя, за твое будущее, любовь к тебе не позволили мне умереть. Я должна была убедиться, что с тобой будет все хорошо, что ты счастливо выйдешь замуж.

— Мамочка! — Элайна обняла мать и крепко прижалась к ней.

— Я очень тебя люблю, детка. Так же, как любила твоего отца. Но его уже не вернешь. Я никогда не думала, что испытаю к другому мужчине такие же чувства, какие испытывала к нему. — Леди Уайлдвуд улыбнулась. — И я оказалась права.

— Но ведь ты и лорд Ангус…

— Меня влечет к нему, верно. Он красивый, сильный. Возможно, несколько грубоват, но полагаю, это можно исправить.

— Но ты только что сказала… — растерялась Элайна.

— Я не могу тебе внятно объяснить. То, что я не полюблю никого так, как любила твоего отца, очевидно. Он был моей первой любовью. Прекрасный, мужественный человек, он относился ко мне с нежностью и уважением. Долгое время после его смерти я была убеждена, что он забрал с собой мое сердце. Но это не так. Я все еще жива. У меня все еще есть чувства, и Ангус дал мне это понять.

Элайна вздохнула:

— Ты любишь его?

Леди Уайлдвуд пожала плечами:

— Не знаю. Пока не знаю. Но мне очень хочется это выяснить.

Элайна обняла мать.

— Я люблю тебя, мамочка.

«Отца уже не вернуть, — подумала она, — и самое главное сейчас — чтобы мама была счастлива».

Послышался стук в дверь.

— Войдите! — Мать и дочь улыбнулись.

Вошла Герти, а вместе с ней — несколько слуг. Двое несли ванну, другие — холодную и горячую воду.

Ласково пожав матери руку, Элайна направилась к двери.

— Наслаждайся ванной. Увидимся за ужином. Я должна распорядиться, чтобы и мне приготовили ванну.

— Это уже сделано, — отозвалась Герти, и Элайна обернулась.

— Что?

— Ванна уже дожидается вас в вашей новой комнате, — сообщила Герти.

— О! — радостно воскликнула Элайна. — Должно быть, лэрд Ангус позаботился об этом. Весьма предусмотрительно с его стороны. — Она лукаво взглянула на мать и открыла дверь. — Похоже, он не так неотесан, как ты думаешь, мама.

Проходя по залу, Элайна встретила свекра и сразу заметила, что он чем-то обеспокоен. Элайна кивнула ему.

— Что-то случилось, милорд?

Ангус смущенно откашлялся.

— Нет, ничего. Просто я хотел с тобой поговорить, детка, относительно твоей мамы…

— В этом нет необходимости, милорд, — заверила свекра Элайна, коснувшись его руки. — Мы с мамой поговорили, и она… Словом, я хочу, чтобы она была счастлива.

У Ангуса отлегло от сердца.

— Так, значит, ты не возражаешь, чтобы я был не только твоим свекром, но и отчимом?

Такого быстрого развития событий Элайна не ожидала.

— Я еще не сделал ей предложения и пока не собираюсь его делать. Поэтому был бы тебе очень признателен, если бы этот разговор остался между нами. Я просто хотел убедиться, что ты не имеешь ничего против нашего брака.

— Нет, милорд, не имею. Но если мама откажется… — начала Элайна, но лэрд Ангус прервал ее:

— Твоя мать согласится. Она еще не любит меня, но полюбит, и тогда мы поженимся. — Потрепав невестку по плечу, Ангус продолжил свой путь.

Элайна посмотрела ему вслед, усмехнулась, покачала головой и пошла к новой комнате, которую построил для нее Дункан. Она еще ни разу не была там, и ее одолевало любопытство.

Элайна распахнула дверь и остолбенела, увидев почти точную копию своей комнаты в Уайлдвуде.

Закрыв дверь, Элайна направилась к кровати, которую принесли из комнаты Дункана. После пожара ее отчистили. Деревянные спинки блестели в солнечном свете, льющемся сквозь окно. Обгоревший полог заменили новым, очень напоминающим тот, что был в родительском доме.

По обеим сторонам кровати стояли столики. У камина — два кресла, тогда как в ее комнате в Уайлдвуде стояло лишь одно.

Раздался тихий плеск, и Элайна вспомнила, что ее ждет ванна. Оглядевшись, она удивилась, ибо ванны не увидела. Снова послышался плеск, и только тогда Элайна заметила рядом с кроватью дверь, ведущую в другую комнату. Значит, ванна стоит там.

Решив, что слуги наполняют ванну водой, Элайна с любопытством заглянула за дверь. Такой большой ванны Элайна еще не видела. А главное, в ней сидел Дункан и тщательно мылся.

— Я бы не возражал, если бы ты потерла мне спину, — бросил он, не оборачиваясь.

Элайна вздрогнула от неожиданности. Как Дункан догадался, что она здесь?

Встретившись с женой взглядом, Дункан ответил на ее немой вопрос:

— Я всегда знаю, рядом ты или нет. Даже если ослепну, все равно буду знать, потому что от тебя пахнет полевыми цветами.