И в этот миг камень засветился! Сначала едва тлеющей искрой, а потом все ярче!

— Смотрите! — воскликнул Аврелий, указывая на камень, хотя все и так уже видели исходящее из него сияние.

Проверили все проходы. Из доброго десятка отверстий лишь вблизи одного свечение зеленого камня не убыло, а осталось прежним. Не прибавилось света, и когда камень понесли в глубь главного хода.

— Пора сворачивать, — решил Конан.

Новый коридор оказался гораздо уже главного ствола. Идти пришлось по двое, а широкие плечи Конана и вовсе не позволяли никому пристроиться рядом.

Ход вывел в круглый зал, локтей сорока в поперечнике. Отсюда разбегались в стороны еще три прохода. Снова принялись испытывать камень, и тут Евсевий огорошил всех неприятной догадкой.

— То, что камень горит ярче, еще не означает, что мы избрали верный путь! — провозгласил он,— Вполне вероятно, мы и приближаемся к цели, но между нами и ею может оказаться стена толщиной в десяток локтей, которую не пробить и за год, в то время как окольный путь выведет нас туда, куда нужно.

Возразить на это было нечего, но король сказал спокойно:

— Значит, мы обойдем все пещеры, пока не найдем нужную.

— К тому же мы знаем, что искать, — поддержал Конана Аврелий. — Нам нужна широкая просторная галерея, где нет паков и горят факелы. Как та, где прошел Люций.

— Здесь тоже нет паков, и горят факелы, - проворчал Арминий.— А камень ярче светил у средней пещеры, — добавил он.

Следующая подземная дорога оказалась еще уже. Идти пришлось в колонне по одному. Шествие по-прежнему уверенно возглавлял Тэн И.

Вскоре, однако, коридор вновь расширился, потолок ушел в беспросветную черноту, стены взметнулись вверх. Внезапно подземную тишину разрушил леденящий вой. В ноздри ударил запах серы. Во тьме зажглись два зеленых глаза. Сквозь непрекращающийся вой послышалось какое-то копошение, словно кто-то шарил множеством маленьких лапок.

По сути, так оно и было. Существо, похожее одновременно на удава, гусеницу и сороконожку выдвинулось навстречу людям. Длинное членистое тело поддерживали несколько десятков пар тонких, но крепких, покрытых хитиновой броней ног. Столько же начитывалось и верхних конечностей, которые заканчивались зазубренными мощными клешнями. Воздух впереди обшаривали непрестанно шевелящиеся усы, а на голове на неком подобии рогов горели два огромных фасеточных зеленых глаза. Вдобавок ко всему сколопендра хищно передвигала внушительными жвалами, а ростом чудище было повыше Конана и Майлдафа.

Вой меж тем не прекращался, он доносился откуда-то из глубин. Оттуда же тянуло серным запахом, и там же разгоралось зловещее темно-красное зарево.

Гнусная тварь подняла переднюю часть туловища, готовясь напасть, точно встающая на хвост змея. Но Тэн И не замедлил шага, он шел прямо на чудовище. Меч его был поднят и готов к смертельному удару

— Это призрак! — раздался сзади голос Евсевия. — Насекомые не живут в пещерах! Смотрите!

Свистнула стрела, которая должна была продырявить сколопендре брюхо, но без звука и без толчка пролетела она сквозь фантом и исчезла во мраке. Кошмар рухнул вниз, прямо на меч подоспевшего кхитайца, и растаял. Даже магия Кулана не пригодилась.

— Неужели паки не нашли ничего пострашнее? — искренне удивился Конан.— Да окажись эта тварь настоящей, я бы не отступил, не говоря уж о призраке!

— Думаю, это лишь начало,— отозвался Кулан.

И действительно, стрела Евсевия будто бы разбудила что-то в глубине. Вой становился глуше и глуше и скоро перешел в низкий давящий рокот. В аккомпанемент ему зазвучал жуткий ритм чудовищного барабана, словно били по огромному древесному стволу, издающему, особый звук, как делают племена южных джунглей для передачи сообщений на большие расстояния.

Красное пламя разгоралось. В лица пахнуло жаром, сажа и сера посыпались черным снегом, крупными хлопьями, а рокот стал столь низок, что слух едва мог его уловить. Воздух задрожал, стены поплыли, как будто были таким же миражем, как и только что растаявшее чудище.

Пол закачался под ногами и куда-то пропал. Внизу разверзлась бездна, полная темного красного пламени. Рокот ушел за грань слуха, но не исчез, и ужас, порожденный этим неслышимым звуком, заполз в сердца.

Конан потерял из вида шедшего впереди Тэн И. Черное вращающееся колесо с острыми косами возникло впереди в ярко-красном огненном ореоле. Оно росло и приближалось, и вот уж не одно колесо, а пара таких колес мчалась на короля из невообразимой огненной дали.

Жар все усиливался, и удушье от падающей кругом серы добавлялось к нему. Катящиеся колеса соединила ось, над нею появился помост, все такой же черный. И огромный вороной ростом в десять раз больше Конана стал надвигаться на короля, поднимая гигантские копыта, каждое из которых могло втоптать в землю, если бы здесь была земля.

А управлял колесницей тот, чей ужасный лик мог бы описать разве невероятно талантливый и совершенно сумасшедший поэт. Черные полы плаща развевались языками гигантского черного пламени, огромные руки крепко держали поводья, и беззвучно взлетала и падала длинная плеть, которой хлестал он своего коня. Черный лик стоявшего на колеснице демона был злобен и недвижен, как маска зембабвийского шамана. А там дальше из огня поднималось нечто и вовсе невообразимое!