«Чтоб вас Нергал сожрал! — выругал Конан ни в чем не повинных строителей дома, — Экие старательные попались! Ну, видно, судьба такая — придется переночевать здесь».

Он подоткнул солому поудобнее и, завернувшись в плащ, заснул спокойным и крепким сном. Если не остается ничего другого, имеет смысл как следует выспаться.

Наутро киммерийца разбудил грохот топочущих ног, крики, лязг засовов. Он сел и с хрустом потянулся, разминая мускулы после сна. В камере было уже достаточно светло. Варвар подошел к двери и, приложив к ней ухо, попытался разобраться, что же вызвало переполох. Толстая створка заглушала звуки, и, кроме шума, варвару ничего не удалось расслышать. На улице тоже раздавались крики и звон железа. Конан подпрыгнул и. ухватившись за край кладки, подтянулся на руках к узкому оконцу.

К его разочарованию, он увидел только камня мостовой и пробежавшие по ним ноги, обутые в подкованные железом сапоги. С сожалением вздохнув, киммериец спрыгнул вниз и стал ждать, поскольку ничего другого не оставалось.

Ожидание не затянулось. Скоро он услышал лязг засова. Дверь заскрипела, открываясь.

— Выходи! — грубо приказал стражник.

Варвар вышел. Трое солдат повели его наверх, подталкивая в спину концами алебард, и втолкнули в помещение, где за столом сидел плюгавый человечек в черном бархатном камзоле и шляпе с пером. Человечек что-то писал в большом фолианте и, заметив киммерийца, поднял голову.

— Пусть посидит, — указал он солдатам на скамью, стоявшую у стены.

«Судья», — решил варвар и сел, с любопытством оглядывая комнату.

Двое стражников встали по бокам от киммерийца, настороженно наблюдая за ним, готовые при малейшем подозрении пустить в ход оружие. Снаружи послышался грохот шагов, В комнату влетел рыжебородый офицер. Его лицо раскраснелось, как после долгого бега, он шумно дышал и вытирал лоб куском ткани необъятных размеров.

— Не нашли! — сообщил он плюгавому человечку. — Нигде нет, все обыскали. Как он сумел выйти через закрытую дверь?

«Похоже, я ошибался, — хмыкнул варвар. — Колдунишка-то слинял, по всей видимости».

— Во всем виноваты вы, лентяи! — заорал, приподнявшись из-за стола, человечек. — Пошли всадников, пусть ищут в округе! Он не мог далеко уйти.

«Хм! — усмехнулся про себя варвар. — Искала бабуля, где ветры задули!»

— Ты кто такой? — обратился к киммерийцу судья.

— Меня зовут Ниун, — Варвар не собирался называть свое настоящее имя, мало ли как дело сложится…

— Кто твой господин?

— Никто, — пожал плечами киммериец. — Я сам по себе, добываю пищу и кров тем, что нанимаюсь на службу к нобилям.

— Почему ты похитил почтенного человека и вез его в мешке?

— Нашли почтенного человека! — усмехнулся Конан, подмигивая судье, — Он такой же бродяга, как и я Нергал ему в печень! Проигрался мне в кости и сказал, что в Нумалии у него есть деньги, там он расплатится. Вот я и поехал с ним.

— Врешь! — закричал на него плюгавый, — В Нумалию ведет другая дорога.

— Я не местный, — скроив простодушную мину, ответил варвар, — заблудился, наверное.

— Ты мне лжешь! — стукнув кулаком по столу, снова заверещал плюгавый. — Придется отправить тебя в столицу, там с тобой разберутся.

Варвару в общем-то это и было нужно. Из местной тюрьмы убежать вряд ли удастся, а за три дня пути к столице случаев обмануть охрану может представиться сколько угодно.

— Твоя воля, почтеннейший, — усмехнулся он.

К досаде киммерийца, рассчитывавшего, что руки просто свяжут, его повели к городскому кузнецу. Напевая себе под нос развеселенький мотивчик, мастер, будучи уже с утра под хмельком, расторопно заковал варвара в ручные и ножные цепи. Правда, Конан, пользуясь его и стражников беспечностью, сильно напряг мускулы на запястьях, пока кузнец надевал ему обручи.

Эта уловка позволила получить некоторую свободу Для рук. Самое главное, что он успел сделать в кузнице, — это, воспользовавшись тем, что стражник на мгновение отвернулся, стащить со стола кузнеца обломок стальной спицы. Варвар зажал железку между двух пальцев, а потом незаметно засунул себе за отворот сапога. Пригодится!

Варвара посадили на коня, замкнув цепь на ногах Конана под брюхом жеребца. Сопровождаемый тремя Солдатами, киммериец направился обратно по дороге, |Которая привела его в этот городишко. Судья приказал Стражникам не спускать глаз с арестанта и непременно Доставить в столицу, чтобы там в городской тюрьме с этим бродягой разобрались как следует, потому что вызывает он серьезные подозрения.

Они неспешной рысцой протрусили целый день, а на ночлег остановились на опушке леса у дороги. Конана сняли с лошади и, посадив спиной к дереву, завели руки за ствол и там вновь замкнули, не забыв и про ножные цепи. Варвар, прислонив голову к шершавой коре, с улыбкой наблюдал, как стражники развели костер а уселись вокруг огня за ужин, обильно сдабривая пищу вином. Улыбался он оттого, что успел незаметно для солдата, замыкавшего замок, выхватить железку, взятую в кузнице, и зажать ее в ладони. Еще в бытность свою в Шадизаре, куда он совсем юным отправился обучаться воровскому ремеслу, Конан прошел хорошую школу по открыванию отмычкой и не таких замков, как это примитивное изделие, державшее вместе два звена его цепи.