— Они уже выходят. Только вы способны их остановить, викарий. Они хотят сжечь Детей. Пожалуйста, торопитесь.

Мистер Либоди встал и повернулся к Анджеле Зеллаби:

— Простите меня, но похоже мне действительно нужно…

Миссис Брант прервала его, потащив к двери.

— Кто-нибудь вызвал полицию? — спросил я.

— Сомнительно. Они не успеют, — ответила миссис Брант, дергая викария за рукав.

В комнате нас осталось четверо. Мы сидели и смотрели друг на друга. Анджела резко поднялась и рывком захлопнула дверь.

— Пойду-ка я верну его, — сказал Бернард.

— Может, и мы чем поможем, — согласился Зеллаби. Вполне естественно, я к ним присоединился. Анджела решительно преграждала нам путь, опершись о дверь.

— Ну уж нет. Хотите сделать что-то полезное? Тогда лучше позвоните в полицию.

— Дорогая, — вздохнул Зеллаби, — но ведь это вполне в состоянии сделать и ты. А мы тем временем…

— Гордон, — отчеканила она каждое слово, будто отчитывала провинившегося ребенка, — остановись на секунду и подумай. И вы, полковник Уэсткот, тоже подумайте. Вы наделаете больше вреда, чем пользы. А вы, полковник, ко всему прочему, еще отвечаете за интересы Детей.

Мы остановились перед ней с чувством легкого смущения.

— Так чего ты опасаешься, Анджела? — удивленно вздернул брови Зеллаби.

— Я даже не знаю, как это выразить словами… Полковника могут линчевать.

— Но, Анджела, — запротестовал Зеллаби, — ты же знаешь, как важно мое присутствие там. Я видел, как Дети управляли отдельными людьми. Мне представляется уникальный шанс увидеть, как они справятся с толпой. Если они такие сильные, им достаточно будет только захотеть и толпа повернется и уйдет. Интересно, смогут и удосужатся ли…

— Чепуха, — молвила Анджела упрямо; Зеллаби от неожиданности моргнул. — Не это их основная способность, — продолжила Анджела. — Будь так, они бы просто заставили Джима Пола остановить машину, а Дэвида — сделать второй выстрел в воздух. Однако, этого не произошло. Они не умеют отступать, они сразу контратакуют.

Зеллаби снова моргнул.

— Слушай, Анджела, — удивленно сказал он, — а ведь ты права. Как это мне в голову не пришло. Их реакция чрезмерна.

— Вот именно. И как бы они не обошлись с толпой, я не желаю, чтобы ты был там. Это и вас касается, полковник, — добавила она, обращаясь к Бернарду. — Вы нужны нам живой, вам предстоит избавлять нас от неприятностей, когда они появятся. Я довольна, что вы здесь, а не там.

— Может, я понаблюдаю? С расстояния? — слабым голосом предложил я.

— Если вы не сошли с ума, вы тоже останетесь. Нечего лезть на рожон, — Анджела кивнула и повернулась к мужу. — Гордон, мы зря теряем время. Звони в Трейн. Узнай, вызвали ли полицию, а заодно позвони на «скорую».

— «Скорую»? Не слишком ли, э-э…, преждевременно? — возразил Зеллаби.

— У тебя своя теория, у меня своя, — ответила Анджела. — Давай звони, или я позвоню сама.

Зеллаби с видом обиженного ребенка пошел к телефону:

— Мы же ничего не знаем. Только то, что сообщила миссис Брант. Э-э…

— По-моему, миссис Брант достаточно надежный источник информации и не имеет склонности сгущать краски, — сказал я.

— Это правда, — подтвердил Зеллаби. — Ну, что ж, рискнем своим добрым именем.

Дозвонившись, он повернулся к нам и предпринял еще одну попытку убедить Анджелу.

— Дорогая, не считаешь ли ты, что кто-то еще, кроме меня, способен удержать Детей? В конце концов, я один из немногих, кому Дети хоть как-то доверяют. Они, вроде, мои друзья…

Анджела его решительно оборвала:

— Гордон, не пытайся провести меня. Повторяю, это все чепуха. Ты сам в ней пытаешься себя убедить, хотя знаешь не хуже меня, что у Детей нет и не может быть друзей.

Констебль из Уиншира заглянул в Киль Мэйн следующим утром, как раз во время мадеры и бисквитов.

— Прошу прощения за беспокойство, мистер Зеллаби. Ужасные события, просто кошмар какой-то. И похоже, в деревне никто не может ничего объяснить. Может, вы хоть в общих чертах опишите картину?

Анджела подалась вперед.

— Так, мистер Джон, рассказывайте. У нас еще не было официальной информации.

— Все очень плохо, господа, — констебль покачал головой, — Четыре трупа — трое мужчин и одна женщина. Еще тринадцать человек госпитализировано. Трое в очень плохом состоянии. Еще несколько, тех, что не в госпитале, выглядят так, что и их было бы лучше туда отправить. А если суммировать показания — все били всех. В чем причина? Ничего сколь-нибудь вразумительного.

Он повернулся к Зеллаби: