— Зря теряете время, живые! Я ничего не отдам из своего дворца, а вы навечно останетесь здесь моими рабами…

— Вот в этом, король, ты заблуждаешься. Открой нам, где хранится секира, и мы уйдем, более не тревожа твоего сна.

— Я открою вам, где поджидает вас смерть, — сказал Видфинн и с этими словами бросился на чужаков. Сбежав со ступеней, скелет размахнулся и обрушил удар на первого, кто стоял у трона.

Им оказалась Гретта. Капитан наемников, все еще не в силах стряхнуть оцепенение, навеянное ледяным шепотом, в ужасе увидела, как острый топор взметнулся к ее лицу, и поняла, что жить ей осталось не больше мгновения.

Она ошибалась. Конан оттолкнул Гретту и сам занял ее место. Ржавое лезвие в виде полумесяца со звоном столкнулось с клинком киммерийца.

Варвар отвел топор в сторону, крутанулся на месте, и разнес костяной череп конунга на куски ударом левой руки. Скелет рухнул в пыль горкой гнилой трухи.

— Бесполезно, — раздался голос Видфинна откуда-то из-под потолка. — Вам все равно не уйти отсюда живыми. Топор охраняет ужасный Страж, посланный сюда Аваром. Он проглотит ваши жалкие тела и пленит души… Вам не уйти… Никогда…

Зловещий шепот стих.

— Этот мерзавец не смог обрести покой даже после смерти, — сказал Бор и смолк.

Его вдруг пронзила мысль, что он и сам, как только умрет, будет скитаться по земле бесплотным духом в тщетной надежде найти успокоение, расплачиваясь за все проступки, за которые был повинен при жизни. Нечто подобное ощутил и Хьюки. Однако лидеры банд ничего не сказали вслух.

— Так что, может, поищем топор? — предложил Тарн.

Наемники двинулись дальше по призрачному дворцу. Мертвецы их больше не преследовали, словно теперь бесплотные духи выжидали какого-то момента, чтобы разом выплеснуть на чужаков всю скопившуюся злобу.

Блуждая по темному дворцу, они, наконец, отыскали зал, из которого лился яркий огненный свет. Тогда все поняли сразу — за входом в пылающие покои их ждал Топор Модгуд.

Нехорошее предчувствие охватило Вьяллара. Он знал, что в зале, возможно, многих ждет смерть, однако, отступать уже было поздно. Приходилось войти в зал и встретиться с тем, что его охраняло от непрошеных гостей по приказу Нидхеггсона, так и не сумевшего преодолеть печать, наложенную на Химинбьёрг альвами-стражниками.

Ступив на мозаичный пол зала, северные воины увидели существо, охранявшее ценную секиру. Оно дремало в волнах жара, исходившего из нутра собственного тела, которое светилось подобно хрустальному кувшину, наполненному жаркой лавой.

Чудовище походило на дракона — плоская змеиная морда, кожистые крылья, чешуйчатый хвост и мощные задние лапы. Однако огненным ящером монстр определенно не был. Красные глаза, лишенные зрачков, не смыкались ни на миг — казалось, он пролежал тут целую вечность, ожидая своих жертв. Существо переливалось подобно медузе, окрашиваясь в призрачные цвета, всякий раз, когда по его коже пробегала рябь, точно оно являлось из числа тех призраков, что населяли мрачный дворец. Если чудовище и было когда-то драконом, то после смерти его преобразили в злое порождение тьмы и наделили необыкновенными свойствами.

Неудивительно, что Нидхеггсон, не сумев преодолеть барьер альвов, отправил этого любимца Тагала стеречь секиру, нужную его мастеру Хёггсену. Страшное отродье, некогда служившее Богопротивнику и участвовавшее в битве Рагнарёк, теперь поджидало новых гостей. Оно привыкло губить, калечить, убивать все, на что указывал его хозяин, и даже смерть не изменила его мерзкой сущности.

Красные глаза едва заметно сузились при появлении команды Вьяллара, как будто демонический дракон приглашал их войти и взять Топор Модгуд.

«Давайте посмотрим, насколько вы смелы, дерзкие смертные, — говорил его взор. — Если вы не прочь рискнуть, входите. Только тогда уж вряд ли кто-то из вас вернется назад».

И они вошли, Толпа варваров, забыв о страхе, бросилась на жуткое чудовище. Если они убьют Стража, то возьмут Топор Модгуд. Миссия будет выполнена, и они, наконец, смогут убраться из этого проклятого места.

Тотчас голова демонического существа ринулась со скоростью змеи навстречу северянам. До невиданных размеров раскрылась жадная пасть и сразу трое воинов исчезли в клокочущем жерле, полном кипящей лавы. Всего несколько мгновений звучали их леденящие душу вопли.

Потом бойцы бесследно растворились в жаркой магме дракона, оставив от себя только клубок сизого дыма, выпорхнувший из пасти чудовища. Однако остальных воинов Вьяллара уже не пугала столь ужасная смерть — мечи, копья и топоры звонко застучали по его телу. Демон-дракон взметнулся, изгибая дугой тело и сбрасывая с себя назойливых людишек.

Вьяллар и Гретта отлетели к стене зала, сильно ударились о камни и, похоже, потеряли сознание. Когтистая лапа сгребла Бора, и чудовище с хрустом откусило голову лидеру банды. Затем, хищно оскалившись, Страж метнул обезглавленное тело в толпу своих жалких оппонентов, и пока сбитые с ног воины приходили в себя, мощным ударом своего огромного хвоста переломил позвоночник еще двоим людям Вьяллара.