Тимофеев не отвечает.

И зачем ты, объясни ради всего святого, рассказал ей свою биографию? Какое ей дело до того, главный ты инженер или не главный? Да еще в Подгорске? К чему ей твой адрес? Почему ты не рассказал заодно, какая у тебя зарплата и сколько у тебя было знакомых женщин? Я тебя что просил: скажи – никого здесь нету, ничего не знаю. Простая вещь. Нет, надо же тррр… тррр… Трепло!

Тимофеев. Я в жизни никому не врал. Не умею, и больше ты меня не заставишь!

Ильин. Не ори, стариков разбудишь.

Тимофеев. Вот мой совет: беги за ней, валяйся в ногах.

Ильин. Исключено.

Тимофеев. Почему?

Ильин. Видишь ли, есть женщины с ямочками на щеках, есть без ямочек. Тамара – единственная женщина в мире с ямочкой на одной щеке.

Тимофеев. Не балагань.

Ильин. Понимаешь, я ей наврал. Брякнул, что я главный инженер. Ну, знаешь, я ведь раньше в ее глазах был этакий Менделеев, Не стоит, думаю, разочаровывать. Потом смотрю – дело-то серьезней, чем я предполагал. Рано или поздно карты придется раскрыть. Что делать? Сознаться. А позор? Пускай лучше думает, что я этакий отчаянный, безрассудный, ну, непрактичный – это женщины прощают. Надоело, говорю, все это, махнем куда-нибудь к дьяволу на Север… Вот, если бы она согласилась, я бы и взял ее к себе, а потом бы как-нибудь обошлось. Так нет, сначала ей надо выяснить, рассудить, вникнуть во все обстоятельства моей жизни. А я не хочу, чтобы она вникала! Я имею право жить, как мне нравится, и ни перед кем не отчитываться. В том числе и перед тобой. Обличитель! Из высших соображений плюнул женщине в душу. Гордись! И вообще ты мне надоел, я от тебя ухожу.

Тимофеев. Куда же ты сейчас пойдешь – ночь!

Ильин. Не погибну. (Надел пальто, ушел.)

Вы замечали, сколько солнечного света может вместить ледяная сосулька? Одна за другой с нее падают капли, а она все сверкает! Нет, еще не весна, до нее далеко. Еще и сессия не кончилась.

Комната Тамары. Слава занимается, Катя в сторонке играет на гитаре.

Слава. На Луне есть притяжение, только в шесть раз меньше.

Катя. Да? А мне говорили…

Слава. Весомость исчезает в той точке, где притяжение Земли и Луны уравновешивается.

Катя. В атмосфере?

Слава. Там уже нет атмосферы – безвоздушное пространство.

Катя. Да? А мне говорили… Слава!

Слава. Что?

Катя. Не возвращался?

Слава. Гарун бежал сильнее лани, быстрей, чем заяц от орла.

Катя. Куда бежал?

Слава. В неизвестном направлении. Можно о чем-нибудь другом?

Катя. Пожалуйста. Ты читал, сегодня в газете про вас пишут.

Слава. Про кого, про нас?

Катя. Про химическую промышленность. Громадные перспективы.

Слава. Перспективы – будь спокойна. Химия – наука будущего. Самая абстрактная и в то же время самая практическая из наук.

Катя. Когда теплотехнику сдаешь?

Слава(сморщился). Обязательно надо какую-нибудь гадость сказать! Еще конспекты надо переписывать. А время?

Катя. У Лидочки попроси.

Слава. Просил.

Катя. Испортилась самописка?

Пауза. Слава встряхнулся, разгоняя дурные предчувствия, подошел к Кате.

(Отстранилась.) Руки!

Слава. Пошла ты к черту!

Катя. Ты думал, со мной проще, чем с твоими студентками? Нет, со мной не проще, придется тебе разочароваться.

Слава вернулся к столу.

Слава, а вот ты, наверно, думаешь, что у меня нетрудная работа. Неправильно! Зависит от того, как ее выполнять. Меня, знаешь, как абоненты любят. А главное – очень перспективная работа. Я могу вырасти до диспетчера. Не знаю, мне жалко, что ты недооцениваешь мою специальность.

Входит Тамара.

Тамара. Ко мне никто не приходил?

Слава. Никто не приходил и не придет.

Тамара. Видишь ли, Александр Петрович еще не уехал, а мне очень нужно видеть его по делу.

Слава. По какому делу? Зачем тебе его нужно? Да я тебя запру в комнате, как помешанную.

Тамара(печально). Что он тебе сделал, что ты так на него злишься?