Настал черед капитана Коченовой думать. Хотя решила она для себя вопрос довольно быстро:

– Так и сделаем! И новые буксиры я трогать не буду - пусть продолжают минные кластеры в "ящики" паковать. Работать будут "полусферы"... а потеряем - не так обидно: спишем как боевые потери.

– Неплохо, - согласился парень.
– Ок, Наталья Ивановна. Следующая цель у меня седьмой аварийный шлюз и до выхода на нее порядка восьми часов - как раз люди отдохнуть успеют. А пока я Арбитру и наблюдателям корпорации инфу для размышлений подкину. Посмотрим насколько они серьезно настроены нас сдать.

...очередная фаза операции завершена. Потери отряда в средствах усиления: тяжелые боты пехотной поддержки "Каракурт": 100%, средние боты пехотной поддержки "Ксеркс": 38%, легкие боты пехотной поддержки "Термит": 79%. Потерь среди личного состава нет. Прогнозирую восстановление и ввод в эксплуатацию до 40 единиц трофейных тяжелых платформ "Скат", 20-25 - "Рекс" и 80-90 - "Термит". Полный рапорт о потерях в приданных отряду средствах прилагается. Доказательства списания и утилизации будут предоставлены по требованию. Так же прикрепляю к рапорту фрагмент телеметрии действий пехотной секции отряда. Приятного просмотра. Действующий лейтенант Флота РИ Ылша Мечев, конец связи.

Конферец-зал вспомогательного крейсера "Меверик" погрузился в тишину. Собравшиеся офицеры СН СК и представители корпорации-нанимателямолча изучали предоставленный имперцем отчет.

– Быстро работает, - проговорил спустя десять минут Аллан Боггарт.
– Но не торопится. Следующую активную фазу запланировал спустя пять суток. А до этого момента только подготовительные операции по восстановлению численности средств усиления, зачистке обшивки и пространства, созданию мобильного переходного шлюза...

– И как вы оцениваете перспективу выполнения обязательств?
– спросил консультанта Кеннет Вилонски, второй заместитель территориального директора и "соначальник" консультанта Боггарта.

– Достаточно высоко, Кеннет. Уважаемый офицер-арбитр Симонс не даст соврать - этот отряд подошел к заказу более методично, чем другие контрактеры. В частности вывод из строя пустотного эшелона обороны и средств связи очень серьезная заявка на победу. Этими победами имперец снял с себя лимит времени на собственно "пехотную" часть операции и открыл возможность безопасного и скрытого маневра, - Вин Симонс размеренно кивал в такт словам консультанта.
– Кстати, господа, предлагаю просмотреть "фрагмент телеметрии" как выразился лейтенант Мечев. Похоже нас хотят удивить и предостеречь.

Собравшиеся все как один растянули губы в легкой усмешке - чувствовали они себя абсолютно спокойно и были уверены в собственной безопасности.

– Посмотрим... посмотрим...
– раздалось со всех сторон. Проекционный экран мигнул, из динамиков раздался ровный гул, перемежающийся иногда глухими хлопками. Через секунду на панели появилось четкое изображение.

– Что это?
– недоуменно спросил кто-то из менеджеров.

– Так видит поле боя оператор ББС или сходной брони, - ответил помрачневший консультант.
– Левый верхний угол - тактическая карта местности с метками дружественных единиц и маркерами сил и средств врага. Левый нижний угол - комплексный индикатор состояния боевого скафандра и, в случае командира подразделения как на данном примере, индикаторы состояния индивидуальных средств защиты подчиненных. Правый нижний угол - счетчик типов и количества уничтоженных врагов. Правый верхний - текущие цели. Вспыхивающие по центру пиктограммы - глифы системных сообщений. Линии мечущиеся по экрану - рекомендуемые векторы поражения. Ослепительно белое поле - результат массированного применения сторонами высокотемпературной плазмы.

– И что? Почему так мрачно, Алан?
– обеспокоенно спросил Кеннет.

– О!
– заговорил Вин Симонс.
– Выводов из этого ролика можно сделать множество. Во-первых - профессионализм исполнителей. ББС сам по себе сложный комплекс оборудования, требующий специальных навыков высокого уровня, а уж скоординированные действия подразделения в ББС с поддержкой тактической сети... Это уже уровень навыков личного состава действующей армии и флота. Прошу отметить: не гражданских обряженных в доспехи, а именно профессиональных солдат. Я бы сказал: офицеров. Во-вторых: скорость принятия решений. Слишком быстро меняются векторы рекомендованного поражения, причем без изменения цвета самой линии - значит по указанной цели солдат отработал, уничтожил ее и переключился на следующую. Слишком быстро для нормалов, а отряд закупил к тому же комплексы имплантов. Следовательно - это профессиональные солдаты-Ки-моды. Для простоты восприятия и понимания этой информации скажу, что в нашей армии такие люди служат только в закрытых элитных частях и с длительным - до семидесяти лет - контрактом... В-третьих: стойкость. Оператор ни разу за весь интервал наблюдения не поменял позиции, не присел в укрытие - непрерывно вел огонь на поражение. Поверьте, господа, так стоять могут единицы! Простите за пафос, люди из стали! И в-четвертых... под такой бой можно списать все что угодно - выделять что-либо из спекшегося шлака слишком дорого и долго.

– Да, - подхватил консультант Боггарт.
– Из этого ролика можно сделать и еще несколько второстепенных, но не менее интересных выводов. В целом же... я с улыбкой говорил о предостережении лейтенанта. Сейчас улыбаться так же беззаботно я не могу! Капитан, скажите, - обратился он к командиру и владельцу "Меверика", - сколько подержится ваша пехотная секция против подобного подразделения при абордаже?

Офицер посмотрел на Боггарта с некоторой даже яростью и гневом, но все же ответил: