– Спасибо, что пришли, прямо удивительно вовремя подоспели. Давай половину своих отправь на пристань – пусть там держат позицию и никого не выпускают из поселка. Остальные сюда, только осторожно – гнатовцы в той башне засели, могут садануть из автомата.

– Серьезные у вас противники, раз с автоматами, – заметил Монах. – Хотя, я вижу, и кое-кто из вас сменил мушкет на более современное оружие.

Не оборачиваясь, он отрывисто раздал приказы:

– Первая и вторая группы за мной, третья на пристань, четвертая за ворота: никого не впускать и не выпускать. Выполнять!

Северяне разделились, четко и быстро выполняя приказ. Отлично, теперь в поселке осталось лишь двадцать северян. Вряд ли ударят в спину, но, если и рискнут, ответный удар их выкосит – у Олега в два раза больше бойцов. А через несколько минут их станет больше в десять раз – из домов осторожно выбирались островитяне. Многие уже подошли к месту событий и шумно приветствовали Добрыню. Народ уже похоронил мэра, и, естественно, увидеть его живым было большим сюрпризом. Мужики приходили не с пустыми руками – кто с топором, кто с вилами, а некоторые с боевыми секирами и даже мечами. Холодное оружие многим разрешали держать под рукой.

Все эти события отвлекли Олега от главного – он так и не послал бойцов обследовать башню. Да и не хотелось их туда посылать – в этом каменном гробу недобиток с «калашом» мог завалить кучу отличных ребят. Лучших бойцов следует приберечь – Олег их, считай, два года в солдат превращал. Настоящие головорезы, да еще и преданы стопроцентно. Отношения «командир – рядовой» он оставил для молодых рекрутов, а с этими волками все не так – они боевые друзья. Во время зимней кампании именно они при прорыве спасли все войско островитян – без приказа приняли единственно верное решение. Нельзя такими кадрами лишний раз рисковать.

– Эй! Алик! Бросай катапульту! Притащи сюда гранаты, те, что мы через стену хотели кидать! Сейчас в башню закинем парочку, на всякий случай!

И верно – зря, что ли, гранаты готовили?

До гранат дело не дошло: от ворот выскочил солдат Монаха. Забавно громыхая на бегу пластинами доспеха, он заорал:

– Наш корабль угнали!

Монах, обернувшись, хищно уточнил:

– Не понял?!

– Мы вышли на пристань и увидели, что «Гроб» отходит! Когда я побежал назад, на нем начали веслами работать!

Олег, грязно ругнувшись, не обращая внимания на предупреждающие крики бойцов, рванул к башне. Выставив автомат перед собой, влетел внутрь. Едва не упал, споткнувшись о завал камней, разглядел за ним черный зев открытого погреба.

– Ушли!!!

– Как ушли?! – от выбитых ворот поинтересовался Добрыня.

– Да забыли мы про ход, что из башни к нижнему причалу ведет. Сам же по нему боеприпасы не раз получал, и сам же забыл. Ушли они и угнали корабль Монаха. Кстати, название у корабля ничего – концептуальное.

– Это был МОЙ корабль, – с ледяным спокойствием сообщил Монах.

– Олег, их догнать надо! – крикнул Добрыня. – Может, на «Утюге» попробуем?

Олег представил, сколько времени займет погрузка на «Утюг», сталкивание корабля с мели, маневр по выходу из галерной стоянки (обычно это делали с помощью буксирной лодки и лебедки). От поселка до устья Хрустальной всего ничего – заговорщики успеют достичь Фреоны, а там их ночью не найти. Связываться с «Варягом» тоже бесполезно, наверняка забились в самый глухой уголок плавней, и в темноте оттуда не выбраться. А если…

Идея!

– Добрыня! Возле устья стоит сторожевая башня!

– Так нет в ней никого, только сторож на верхней площадке.

– Зато в ней куча амбразур есть, и стоит она на речном повороте, перед самым устьем. Если успеть туда добежать и засесть, то сможем два-три мушкетных залпа по ним дать, пока те мимо будут проходить. Тяжелой картечью и пулями борта прошибить можно – гребцов по левому борту накроем. А с верхней площадки через палубу можно достать и тех, кто по правому борту. А может, и гранату закинуть получится, если к нашему берегу жаться будут. Нам они ничего не сделают – башня каменная, ее стены и пулемет не возьмет.

– Добро! Побежали?!

– Да! Алик, ты бери своих всех и северян, что за воротами, и спускайте «Утюг» – гонитесь за ними по реке. Если гады от нас уйдут, попробуем по воде их догнать. Остальные за мной!

Олег скатился по крутой лесенке в подземную галерею, придерживаясь рукой за стену, добрался до выхода. Здесь, дождавшись, когда следом начали выбираться первые бойцы, потрусил в сторону Фреоны.

В межень течение у Хрустальной приличное – корабль она несет быстро. Но флот Монаха состоит исключительно из трофейных хайтанских галер – неповоротливые ящики с толстой обшивкой и солидной осадкой. На такой надо двадцать человек сажать за весла, чтобы ход приличный развить. Есть у Гната столько? Вряд ли, при обстреле они понесли потери, оглушены, возможно, раненые есть. Наверняка еле плетутся.