Шрифт:
По ее лицу потекли слезы.
— Что случилось?
— Я думала, ты уехал…
— Завтра.
— Что завтра?
— Отбываю завтра.
— Куда?
— В Англию.
— За… зачем?
— Сначала отдохну, потом начну работать… Шеф нашел мне шикарное место…
— Будешь кормить королеву? — она попыталась улыбнуться.
— Лучше… Буду шеф-поваром в Вестминстере…
— …
— Супер-дрюпер.
— А-а-а…
— Как себя чувствуешь?
— …
— Пошли выпьем по стаканчику… Не расставаться же вот так…
— Внутри или на террасе?
— Внутри…
Он был раздосадован:
— Откармливал я тебя, откармливал, а ты раз — и потеряла набранные килограммы…
— Почему ты уезжаешь?
— Ну я же сказал… Это суперпредложение, и потом… Ты скажешь, что я могу продать дом Полетты, но в том-то и дело, что не могу…
— Понимаю…
— Да нет, дело не в этом… Конечно, там столько воспоминаний… Понимаешь… На самом деле не моя эта хибарка.
— Дом принадлежит твоей матери?
— Нет. Тебе.
— …
— Последняя воля Полетты… — пояснил он, доставая из бумажника письмо. — Держи… Можешь прочесть…
Маленький мой Франк.
Не обращай внимания на почерк, я почти ослепла.
Но я прекрасно вижу, что эта девочка, Камилла, очень полюбила мой сад, потому-то и хочу оставить его ей — конечно, если ты не возражаешь…
Позаботься о себе и о ней.
Крепко тебя обнимаю, твоя бабуля.
— Когда ты его получил?
— За несколько дней до… до ее… ухода… В тот день, когда Филу сообщил о продаже квартиры… Она… Она поняла, что… Что мы в полной заднице, чего уж там…
Уфф… Так и задохнуться недолго…
Положение спас официант:
— Мсье?
— «Перье» с лимоном, пожалуйста…
— А для мадемуазель?
— Коньяк… Двойной…
— Она пишет о саде — не о доме…
— Ну… Не станем же мы торговаться из-за таких мелочей…
— Ты все-таки уедешь?
— Уеду. Я уже взял билет…
— Когда?
— Завтра вечером…
— Ты что-то сказала?
— Я думала, тебе надоело ишачить на других…
— Конечно, надоело, но что еще я могу?
Камилла порылась в сумке и достала блокнот.
— Нет, нет, хватит… — он закрыл лицо ладонями. — Меня здесь уже нет…
Она переворачивала страницы.
— Смотри… — она повернула блокнот к нему.
— Что еще за список?
— Это места, которые нашли мы с Полеттой, когда гуляли…
— Места для чего?
— Пустующие помещения, где ты мог бы открыть свое дело… Мы все обдумали… Спорили каждый раз до хрипоты, прежде чем внести адрес в список! Лучшие подчеркнуты… Особенно вот этот… Маленькая площадь за Пантеоном… Очень старое и очень классное кафе, я уверена, тебе понравится…
Она допила коньяк.
— Ты бредишь… Знаешь, сколько стоит открыть ресторан?
— Нет.
— Ну я же говорю — совсем у тебя чердак отъехал! Ладно… Я должен закончить сборы… Вечером ужинаю у Филу и Сюзи, ты придешь?
Она схватила его за руку и не дала подняться.
— У меня есть деньги…
— У тебя? Да ты же всегда жила как побирушка!
— Да, потому что не хотела к ним прикасаться… Не люблю эти бабки, но тебе хочу их дать…
— …
— Помнишь, я рассказывала, что мой отец был страховщиком и погиб… от несчастного случая на работе?
— Да.
— Ну вот, он все очень хорошо организовал… Он знал, что покинет меня, вот и решил защитить…
— Не врубаюсь.
— Страховка… На мое имя…
— А почему ты… Почему ни разу даже пары туфель приличных себе не купила?
— Потому что… Не хочу я этих денег. От них воняет мертвечиной. Мне был нужен мой папа — живой. А не это.
— Сколько?
— Достаточно, чтобы банкиры широко тебе улыбались, предлагая роскошные условия предоставления кредита…
Она снова взялась за блокнот.
— Подожди, по-моему, я его где-то нарисовала…
Он вырвал у нее блокнот.
— Прекрати, Камилла… Хватит уже. Перестань прятаться за этим чертовым блокнотом. Кончай… Хоть раз, умоляю тебя…
Она разглядывала барную стойку.
— Эй, я к тебе обращаюсь!
Она перевела взгляд на его майку.
— На меня. Посмотри на меня. Она подняла глаза.
— Почему ты просто не скажешь: «Не хочу, чтобы ты уезжал»? Я ведь такой же, как ты. Плевать я хотел на деньги, если придется тратить их в одиночку… Я… Я не знаю, черт… «Не хочу, чтобы ты уезжал» — не так уж трудно это выговорить, по-моему?