Видите ли, на это имелось несколько причин, и некоторые даже не лишены смысла. Однако к концу дня стало ясно: истинная причина, по которой я все-таки решил остаться в деле, заключалась в том, что я просто-напросто не хотел ничего пропустить. К концу недели я прикинул, что наши шансы на успех составляют семьдесят пять, а то и восемьдесят процентов. Я знал, что никогда в жизни не смогу поглядеть в зеркало, если парни провернут это дельце, в то время как я останусь дома протирать штаны на диване. Только подумайте: как замечательно являться частью чего-то подобного. Об этом будет шуметь весь город следующую сотню лет, а может, и вся страна, а мы тем временем будем греться на солнышке в далекой земле проституток и хохотать, вспоминая то прекрасное время.

Уизл оказался прав. Я — рецидивист. С этим нужно либо примириться, либо бороться. Какой вариант принесет мне больше счастья?

— Не забудьте подобрать все бычки. Нельзя оставлять их с отпечатками, — заметил я, глядя, как Джимбо топчет ногой свой окурок.

— Думаешь, они узнают, что мы здесь стояли? — проворчал тот, поднимая бычок и запихивая его в карман.

— К чему рисковать?

— Сейчас с сигареты могут снять анализ ДНК, — сообщил Патси. — Правда. Й вообще со всего, где есть слюна: с конверта, с марки…

— С хрена большого черного чувака, — засмеялся Джимбо и вдруг вспомнил, кто тут присутствует. — Э-э-э… извиняй, Парки… ну, ты знаешь, о чем я…

— Расист хренов!

— Ну не знаю. Был бы не таким расистом, если бы отсосал у тебя? — заметил Джеко, и тут я с ним согласился.

Еще пару минут мы продолжили в такой же манере, обсуждая достоинства и недостатки отсасывания у Парки, и тут наконец позвонил Гуди.

— Слушаю, — ответил Патси, взглянул на меня и нервно улыбнулся. — Отлично, ты знаешь, где мы. Увидимся здесь через десять минут. — Он положил телефон в карман. — Забрали. Все прошло гладко. Через десять минут будут здесь.

Воцарилась тишина, пока до нас не дошел смысл сказанного. Первая часть «операции» (опять же на этом названии настоял Гуди) завершена. Где-то в трех милях от нас в более уютном районе города мистера Линкольна, менеджера дневной смены нашего гипермаркета, его жену и детишек связали и заткнули кляпами рты двое людей в масках. Начало положено. Вплоть до этого момента все сводилось к разговорам. Теперь начиналось настоящее дело. Сердце глухо билось в груди, во рту пересохло. Губы стали суше, чем мартини Лоренса Аравийского. Я глотнул воды из бутылки, затем передал ее по кругу. Каждый отхлебнул из нее и обтер после себя горлышко, словно подсознательно стирая свою ДНК.

— Теперь возврата нет, — произнес Патси, и в его голосе вдруг послышались напряженные нотки.

— Совсем не обязательно. Мы еще можем забить, если захотим. И все будет в порядке. Только мы больше никогда не решимся провернуть это снова, — изрек я. — Хочешь отказаться? И завтра выйти на работу и опять торговать газетами? Точнее, уже сегодня?

— Мне в любом случае придется это делать. Нельзя мне вот так взять и исчезнуть. Могут ведь и догадаться, что я причастен к этому делу.

— Ты понимаешь, о чем я. Хочешь пойти домой?

Патси задумался и думал дольше, чем следовало бы. Но в конечном итоге сказал, что не хочет.

— Вот и хорошо. Так, проверьте предохранители.

— Завязывай с этим уже, Мило.

Спустя пару минут подрулил Гуди. Они с Норрисом, словно два сексуально возбужденных бабуина, выпрыгнули из угнанного «сааба» и потрясли перед нашими носами связкой ключей.

— Все прошло по плану?

— Глаже, чем мои выбритые яйца, — ответил Гуди.

— Надеюсь, вы не применяли оружие и не слишком жестоко с ними обошлись?

— Нет. Пришлось, правда, прикончить малышню.

Извини, но разве ты не этого хотел? — Норрис и Гуди покатились со смеху, а Патси поинтересовался, действительно ли они это сделали. — Разумеется, нет, дурень.

Они были тише воды. Единственное, чуть на стенку не полезли, когда мы сообщили, что забираем девчонку, но к тому времени они уже были связаны и с кляпом во рту. Что им еще оставалось делать?

— А девчонка?..

— В спальне для гостей и должна молчать, как мышь, а то вернется злой мистер С и съест ее, — хихикая и похлопывая Норриса по плечу, подтвердил Гуди.

— Бедная малышка. Ее наверняка до конца жизни будут преследовать кошмары, — с глуповатой улыбкой произнес Патси.

Я задумался и представил ее взрослой женщиной, почему-то похожей на Элис.

— Хорошо, — сказал я. — Тогда двигаем. Не вся ночь в нашем распоряжении. Надеть маски. С этого момента обращаться друг к другу только по кодовым именам.

Всем ясно? — Все ответили утвердительно. — Итак, убедиться, что пушки на предохранителях, и не снимать с них ни при каких обстоятельствах.