Бледная брюнетка лишь улыбнулась, порадовавшись назревающей ссоре, прошагала к самой дальней кабинке в длинной комнате и заперла за собой дверь.

Вы бы сильно удивились, узнав, зачем она заперлась в кабинке. Не побоявшись, мягко говоря, нестерильной стены, девушка прислонилась лбом к холодному металлу и плотно закрыла глаза, упершись в стену маленькими острыми кулачками.

Будь девчонки в дамской комнате не так заняты ссорой, они бы заметили красноватое сияние, тускло мерцающее сквозь щель у дверного косяка. Увы, никто даже не посмотрел.

Девушка в алом платье сжала зубы. Между ними скользнул язычок яркого пламени и прожег черные знаки в тонком слое желто-коричневой краски на стене. Девушка стала задыхаться, борясь с навалившейся незримой тяжестью, и пламя вспыхнуло ярче, скребя толстыми алыми щупальцами по холодному металлу. Огонь охватил волосы, но не опалил гладких смоляных прядей. Струйки дыма пошли из носа, а из девичьих ушей пыхнул сноп искр, когда она шепнула одно лишь слово:

— Мелисса!

Мелисса Харрис недоуменно оглянулась в танцующей толпе. Кто только что звал ее по имени? Но нет, голос прозвучал тихо, а за спиной никого. Наверное, почудилось... Мелисса вновь повернулась к своему ухажеру, пытаясь уследить за его болтовней.

И зачем она только согласилась пойти на вечер с Купером Силвердейлом? Он ведь ей совсем не нравится. Самовлюбленное ничтожество, явно себя переоценивающее. Весь вечер все хвастал да хвастал своей семьей, положением, богатством...

И вдруг снова как будто шепнули за спиной: Мелисса опять обернулась.

С другого края танцующей толпы, слишком далеко для такого тихого звука, на нее пристально смотрел Тайсон Белл. Он смотрел на Мелиссу поверх головы девушки, с которой танцевал. Мелисса тут же опустила взгляд, подрагивая всем телом и стараясь не подать виду, что ей страсть как хочется знать, с кем танцует Тайсон. Она прямо-таки заставила себя не смотреть.

Мелисса прижалась к Куперу. Да, зануда. Да, пустозвон. Но уж получше Тайсона. Да кто угодно, только не Тайсон!

Неужели? Значит, Купер для тебя лучше? Чужая мысль ворвалась в Мелиссины думы. Сама того не желая, девушка встретилась взглядом с темными глазами Тайсона под густыми ресницами.

Конечно, Купер лучше Тайсона. И неважно, что Тайсон — красавчик. Такой красоты и надо остерегаться.

Купер продолжал что-то мямлить, путаясь в словах и пытаясь привлечь внимание Мелиссы.

Вы с Купером не одного поля ягоды, шепнул ктото в мыслях. Мелисса потрясла головой. Голос внушал стыд, то был голос тщеславия.

Тайсону он и в подметки не годится. Помнишь, как все было?..

Мелисса изо всех сил старалась отогнать воспоминания: и ласковые глаза Тайсона, исполненные желания... и руки на ее коже, такие нежные и решительные одновременно... глубокий голос, от которого даже самые простые слова звучали лирикой... губы на кончиках ее пальцев... горячие волны, захлестывающие с головой...

Сердце забилось в страдании.

Мелисса нарочно выудила из памяти другой образ, чтобы замазать прелестные картинки. Железный кулак Тайсона внезапно бьет ее по лицу — черная пелена застилает мир; и вот она уже на полу, задыхается в собственной рвоте... боль в каждой клеточке тела...

Он извинился. Как он извинялся! И обещал. Никогда больше. И вновь кофейные глаза Тайсона... Слезы застилают взор Мелиссы, мешают видеть... Нет, эту картинку нарисовала не она сама.

Ах, она уже ищет его глаза. А он все не отводит взгляда. И брови хмуры, и на лице печаль...

Мелисса вновь содрогается.

— Ты замерзла? Наденешь мой?.. — Купер почти стянул с себя смокинг, как вдруг сообразил и замер, смущенно покраснев. — Да что я говорю, здесь такая жара, — произнес он жалким голосом, застегивая смокинг.

— Я не замерзла. — Мелисса заставила себя смотреть на его желтоватое мальчишеское лицо.

— Лажово тут как-то, — выдал вдруг Купер, и она радостно кивнула — ну хоть в чем-то они сходятся! — Можно поехать в отцовский загородный клуб. Не откажешься от десерта? Ресторан там просто чудный. Нам и столик ждать не придется. Когда они узнают, кто я такой...

Мелисса снова поплыла.

Что я здесь делаю с этим мелким выскочкой? — спросил тот же незнакомец в голове, хотя теперь незнакомец говорил ее голосом. Какое ничтожество! Ну и что, что Купер и мухи не обидит, разве главное в любви — безопасность? Мое лоно не исходит истомой, когда я смотрю на Купера. Когда смотрю на любого, кроме Тайсона... Себя не обманешь, мне его отчаянно недостает. Не любовь ли это, когда так сильно кого-то недостает?

Ох, как пожалела Мелисса, что выпила столько обжигающего пунша. Теперь все мысли путались.