Он зажег свет на кухне. Хотя считалось, что кошки отлично видят в темноте, Маузер не стал бы оставлять своих любимцев в темной квартире.

Диллон хотел написать другу записку, прежде чем отправиться на собрание. Но в душу ему заползло нехорошее чувство, что Маузер уже не вернется.

Пухлая вдова, соседка Маузера, жившая этажом выше, и тоже питавшая пристрастие к котам, согласилась приглядеть за животными до возвращения Маузера. По крайней мере, они не погибнут от голода в пустой квартире. Случись это, Маузер никогда бы не простил Диллона.

Он медленно брел по улице, направляясь к церкви Св. Анны. Дорога предстояла неблизкая, куртки у него не было, да только чихать он хотел на это. Слишком многое случилось за последние сутки. Диллон считал себя человеком практичным и приземленным, циником до мозга костей. Но сейчас он пребывал в плену нездоровых фантазий и очень близко подошел к тому, чтобы влю…

Нет, так дело не пойдет. Ему просто необходимо побывать на собрании, а на обратном пути он снова заглянет к Маузеру, и тот окажется дома и объяснит, почему вдруг исчез. А когда он вернется домой, и Джейми все еще будет там, он возьмет ее за руку и вежливо проводит до двери, плотно закрыв за ней дверь. Вот так.

Нет, глупо было бы брать ее за руку. Это до добра не доведет. Если она все еще не покинула его дом, он быстренько избавится от нее, сказав на прощание пару слов.

Однако он очень надеялся, что она уже уехала.

Направляясь на собрание, он зажел последнюю сигарету. По воскресным вечерам в церкви Св. Анны будет, как всегда, многолюдно, его угостят чашечкой жидкого кофе, зато можно будет согреться. И может быть, жизнь наконец-то обретет хоть какой-то смысл.

Джейми без сил опустилась на кухонный стул и в недоумении уставилась на дверь. Он просто взял и ушел. Как был, в одной рубашке — в снежную, холодную ночь. Заставил ее дрожать от желания, превратил в комок нервов, так что она и дышала-то с трудом. А потом взял и ушел.

Должно быть, он быстро избавился от наваждения. Так сказать, пришел в себя после двенадцати лет бесплодного ожидания. Не надолго же его хватило, с горечью подумала Джейми. В то время как она только-только вошла во вкус.

Да пошел он к черту. Пускай все катятся к черту! Она устала быть ранимой, жаждущей любви и внимания, беспомощной. Значит, он выпустил воздух из колес ее автомобиля? Что ж, она знала, где у него стоит компрессор, а еще у нее была смекалка и решимость добиться своего во что бы то ни стало. Она постарается накачать колеса, а потом уберется отсюда к чертовой бабушке до того, как вернется Диллон. Разве он не этого добивается? Разве они оба не хотят одного и того же?

А если у нее ничего не выйдет, придется взять другую машину. Только не желтый кадиллак! Да она готова босиком идти по снегу, нежели снова сесть в треклятую машину.

Прежде она никогда не оставалась одна в этом огромном доме. Без грохочущей музыки Диллона место казалось опустевшим, покинутым. Здесь и привидения могли водиться.

Ее ботинки были в крови после падения, но Джейми не особо переживала по этому поводу. Она снова обулась и направилась в гараж, боясь оглянуться назад. Она никак не могла избавиться от ощущения, что за ней наблюдают. И сейчас, когда она осталась одна, это чувство обострилась как никогда.

Она слышала, как старое здание поскрипывает от холода. Сверху доносились какие-то звуки, скорее всего, там бегали крысы. Суровый ветер ударял в окна и двери, а ее шаги глухо отдавались от стен гаража, пока она шла к своему бедному старому вольво.

Джейми старалась не смотреть в сторону желтого кадиллака. Ей хотелось дать себе хорошего пинка за то, как она повела себя днем. Она сделала так, как хотел Диллон, стала безвольной игрушкой в его опытных руках. Ему приспичило овладеть ею на заднем сидении проклятой машины, именно там, где много лет назад ее изнасиловал Пол Джеймсон.

Конечно, в том, что случилось, была и ее вина, горько подумала Джейми, подходя к стереосистеме. Кто заставлял ее лезть в машину? И кто из них двоих дрожит сейчас от неутоленного желания, в то время как другой спокойно вышел за дверь, даже не оглянувшись назад?

Обманывать себя напрасный труд. Нужно смотреть правде в глаза — она всю жизнь хотела Диллона Гейнора, и скорее всего, так будет всегда. Она мечтала о нем со школьной скамьи. Но пришла пора повзрослеть.

Тишина в гараже была невыносимой. Джейми не собиралась слушать Нирвану, но у Диллона была и другая музыка. Поэтому, прежде чем заняться машиной, она выбрала диск наугад и включила магнитофон.

Работа с компрессором оказалась несколько сложней, чем думала Джейми, к тому же в нем не было измерителя давления. Поэтому она решила накачать колеса на глазок, а потом где-нибудь по дороге проверить давление на заправочной станции.

Три колеса наполнились воздухом довольно легко, а вот с четвертым пришлось повозиться. После третьей попытки до нее дошло, что колесо проколото.

Неужели Диллон? Но зачем? Все, чего он хотел — немного задержать ее отъезд. К тому же это не в его характере — он никогда не разменивался по пустякам. Он просто-напросто взял бы кувалду и разнес лобовое стекло.