Она покачала головой.

— Я бы тебя и так не просила. Я останусь дома.

— И чем же ты займешься? Тетя Исабель и дядя Виктор уже ушли, а у меня с Киллером свои дела. Хочешь пойти с нами?

Киллер было любимым прозвищем Нейтова дружка, Диллона. К несчастью, были времена, когда Джейми серьезно задумывалась, не слишком ли оно подходит для такого низкого типа, как Гейнор?

— Э, нет. Зачем вам тащить с собой шестнадцатилетнюю девчонку? Я останусь дома. Я хотела почитать книгу…

— Ни за что, — перебил ее Нейт. — Ты не для того пропускаешь выпускной бал, чтобы сидеть над какой-то там книжкой. Ты пойдешь с нами. Пора познакомиться с обратной стороной жизни. Вкусить чуть-чуть опасности.

— Мне и так хорошо, неприятности мне ни к чему.

— Твой старший брат тебя защитит, — сказал Нейт. — Да и Диллон не позволит, чтобы с тобой что-нибудь случилось.

— Так я ему и поверила, — усмехнулась она.

— Кому? — спросил Диллон, словно черт из коробочки, возникший на пороге ее комнаты.

Это было как раз то, чего она в нем не выносила, кроме всего прочего. Он всегда появлялся внезапно, буквально из ниоткуда. Почему-то Диллон всегда знал, когда родителей нет дома — ни Исабель ни Виктор не приветствовали дружбы Нейта с Гейнором, а у него было достаточно мозгов, чтобы держаться от них подальше. Но стоило им выйти из дому, Диллон был тут как тут — смотрел телевизор, ел, курил сигареты или пялился на нее своими нахальными голубыми глазищами. Конечно, когда ему этого хотелось.

— Моя маленькая кузина думает, что ты опасен, дружище, — сказал со смехом Нейт. Он был немного ниже Диллона, его черные волосы создавали резкий контраст со светлыми волосами друга, ясная улыбка и легкий характер только подчеркивали насмешливое безразличие Диллона к окружающим. Неудивительно, что Исабель терпеть его не могла.

— Она права, — сказал Диллон, посмотрев на нее сверху. — Ну что, ты готов?

— Я пытаюсь уговорить Джейми пойти вместе с нами. Кавалер ее бросил, и я подумал, это хороший повод для нее расширить свои горизонты.

Она была почти уверена, что Диллон станет возражать, но он просто посмотрел на нее и пожал плечами.

— Если ты в этом уверен…

— Она моя самая горячая поклонница, — сказал Нейт. — Она никогда нас не выдаст. Кроме того, Джейми может с тобой встречаться, раз у тебя никого нет.

— Нет! — возразила Джейми. Она была так напугана, что забыла о правилах хорошего тона.

Но Диллон вовсе не обиделся, скорее, это его рассмешило.

— Сегодня вечером мне не нужна подружка. И вообще, мне кажется, Нейт, что могут быть неприятности.

На лице у Нейта расплылась улыбка. За эту улыбку его любили не только друзья, но и враги. А прежде всего, девушки.

— Неприятности — мое второе имя, — процитировал он любимое выражение.

Затем протянул руку Джейми и поднял ее с пола.

— Она не пойдет в этом платье, — сказал Диллон.

— Киллер, но в этом же весь прикол, — возразил Нейт. — Представляешь, как мы появимся в «Сумасшедшем Джеке» с моей сестрицей в роли королевы выпускного бала.

— Не думаю, что это хорошая идея, — нервно сказала Джейми.

— Как раз наоборот. Но если не хочешь, можешь переодеться во что-нибудь сексуальное. Для разнообразия оденься как плохая девчонка. Ну разве тебе не хочется хоть раз в жизни побыть плохой девчонкой?

— Не очень, — она с тревогой посмотрела на Диллона. Он старался ее избегать, и за всю жизнь она, наверное, сказала ему всего несколько слов. — Как ты думаешь, Диллон? Пойти мне с вами или нет?

Она должна была догадаться, что ответа от него не дождешься.

— Как хочешь. Только поторопись.

Это было чистым безумием. Родители терпели Диллона только ради Нейта, но ни за что на свете не разрешили бы ей ехать с этими двумя. По их мнению, Диллон вырос в дурной семье, и его поведение было веским тому доказательством. Он даже провел три месяца в колонии для несовершеннолетних, но ни у кого не вызывало сомнений, что это хоть как-то скажется на его поведении. Он просто стал более осторожным.

Джейми никогда не могла понять, что Нейт нашел в своем друге. Может, дело было в том, что Диллону было все ни по чем. Чтобы добиться от людей признания, Нейт пускал в ход все свое очарование; Диллону же было наплевать на мнение окружающих. Он всегда поступал так, как ему хотелось, вне зависимости от последствий.