Однако не закрыл. Пока. Почему? Ответ напрашивался сам по себе: значит Джангиров не так уж и уверен в своем дьявольском зелье, развязывающем несговорчивым языки. Что если Клевахин даже под влиянием наркотического напитка не сказал правду о местонахождении Лизаветы? Выходит, сейчас идет проверка, а после… Лучше об этом не думать. И так понятно, без душещипательных комментариев…

Клевахин заметил старый алюминиевый чайник с водой, стоявший на верстаке, когда начал методически обыскивать помещение в поисках хоть чего-нибудь, способного сыграть роль палочки-выручалочки, когда он отправится в свое последнее путешествие в этой жизни. Майор жадно схватил его, припал к носику и не отрывался, пока не выпил до дна. Вода была стоялая, с неприятным керосиновым запахом и предназначалась вовсе не для питья, а для каких-то хозяйских нужд, но в этот момент она показалась Клевахину вкуснее нарзана.

Немного утолив жажду, приободрившийся майор продолжил свои изыскания. И наконец нашел нечто стоящее – длинный толстый гвоздь, завалившийся между половицами. Вытащив его оттуда при помощи щепки, он быстро спрятал его в носок и довольно ухмыльнулся – пусть и маленькая, но все-таки радость…

За окном стало уже совсем темно, когда в доме послышался топот ног и разговор. Затем громыхнул засов и на пороге появился внушительный силуэт – в подсобке свет так и не зажгли, и лампочка горела только в узком коридорчике за широкой спиной кого-то из подручных сатаниста.

– Выходи, – буркнул недовольный голос, и Клевахин покорно потопал впереди здоровенного "быка", в котором он признал водителя БМВ.

На этот раз его провели не в гостиную с портретом, а в небольшую квадратную комнату, вдоль стен которой стояли массивные шкафы с книгами, большей частью старинными. Возле письменного стола в креслевертушке сидел Джангиров и небрежно листал какой-то журнал.

– Вы плохо выглядите, – без обиняков сказал сатанист, посмотрев на майора своими черными немигающими глазами.

– Спасибо за комплимент, – парировал Клевахин. – У меня, кстати, раскалывается от боли голова и я хочу пить.

Джангиров, посмотрев за спину майора, кивнул, и спустя несколько секунд в руках опера уже находилась бутылка минералки и стакан, доставленные все тем же "быком". Клевахин не стал изображать из себя хорошо воспитанного человека и одним духом высосал воду прямо из горлышка.

– Надеюсь, сюда не подмешали какой-нибудь гадости? – спросил Джангирова опер, передав пустую бутылку безмолвному стражу за своей спиной.

– Зачем? – пожал плечами сатанист. – Вы любезно рассказали нам все, что вам известно.

– И о чем вы меня спрашивали?

– О разном, – уклонился от прямого ответа Джангиров.

– Я оправдал ваши надежды?

– Более чем… – Бледное лицо главного сатаниста стало еще мрачней. – Вам удалось многое раскопать.

– Так ведь у меня работа такая. Каждому свое, как говорили наши древние предки. Впрочем, может и не наши, но выражение очень точно отражает суть момента. Я всего лишь делал то дело, за которое мне платят.

– Вам нужно было искать убийцу, а не лезть туда, куда вас вовсе не просили. К сожалению, вы не вняли нашим предупреждениям.

– Весьма оригинальным, доложу я вам. Кстати… – Майор заколебался, но все же продолжил: – Вы нашли Атанову?

– С вашей помощью, – не без ехидства ответил сатанист.

– Оставьте девушку в покое, – резче, чем следовало бы, сказал майор. – Она не жертвенный барашек, а вы не библейский Авраам… или кто там.

– Вот именно… – По лицу Джангирова мелькнула тень. – И вообще – это не вашего ума дело. Легавый пес должен сидеть в конуре и терпеливо ждать, пока хозяин не бросит ему кость. А вы возомнили себя палкой в колесе.

– Я настолько много за годы службы в органах видел таких, как вы, что перестал удивляться подобной наивности. Может, я и мои коллеги и легавые, но свое дело знаем туго. Рано или поздно вас прихлопнут, как назойливую муху. Если вы умный человек, то поймете о чем идет речь, ну а вдруг я в вас ошибаюсь… извините, ничем не могу помочь. Скажу только одно – с государством тягаться, это все равно, что плевать против ветра. Как только запахнет паленым, ваши дружки сдадут вас со всеми потрохами. Или – что более вероятно в нынешние времена – закопают на два метра вглубь.

– Вы оптимист… – Глаза Джангирова стали колючими и злобными. – Лучше о себе подумайте.

– Я реалист, позвольте уточнить. А потому предлагаю компромиссный вариант.

– Что-либо предлагать могу только я, – высокомерно сказал Джангиров.– Не забывайте где вы находитесь и в каком положении.

– И все-таки выслушайте. Это не займет много времени.

– Хорошо, говорите. Только покороче. Мне тут с вами попусту болтать недосуг.

Темнишь, сука, подумал не без некоторого злорадства Клевахин. Что-то у тебя не вяжется, сатанинское отродье. Стал бы ты тут перед каким-то ментом турусы на колесах разводить, будь в твоей черной парафии все тип-топ.