Обнаружив наше присутствие, она обернувшись говорит: "Вызовите скорую" - и, подумав, добавляет - "И милицию тоже". Пока мы, прозревая от таких наворотов, усиленно думали: зачем нам милиция и куда делась каша, она добавила: "Пожарников тоже не забудьте".

Пацан, в конец оп+++еневший,как впрочем и я, проорал:

–  Где каша?!

–  Какая?

–  Со сковородки!!

–  Сладенькая?

–  ДА!!!

–  Я проснулась, захотела есть, посмотрела в сковородку, попробовала, там сладенько…

–  НУ И!!!

–  Ну я и съела…

Тут мы просто умерли…

(Прошу снять шапки и почтить кашу минутой молчания.)

А бабка как ни в чем ни бывало, поворачивается к TV и продолжает смотреть мультики.

Дальше творилось невероятное…

Мультфильмы закончились, начались клипы. И тут бабулька пустилась в пляс под "DJ ВОВО"… ВПРИСЯДКУ!!! Причем нисколько не смущаясь восьмерых пацанов, до слез и колик в животе умиленных её танцами.

Но всему хорошему и приходит конец. Так как должны были прийти родители, нам к великому сожалению пришлось покинуть столь весёлое место.

На следующий день я узнал, что бабку сдали в дурку.

Раз мы пошли отнести ей передачку. Хотя и прошла неделя, бабуську всё ещё пёрло. На неё и её выкрутасы без смеха не могли смотреть даже имбецилы. Мы постояли, посмотрели полчасика сей цирк и ушли.

Больше мы бабку не видели…

Такая вот грустная история.

Привет! Это опять я. И опять со своими историями.

Было то ли утро, то ли ветер, то ли лето, то ли снег. В общем я опять (в который раз) накурился наглухо. Благо дури было валом. Причем халявной.

Короче идем с пацаном по улице. У каждого на кармане по стакану шмали. Он предлагает зайти к нему на пару чашек чая. Я, естественно, не в отказе. На этом и порешили.

Сидим мы у него, пьём чай, жрем кекс и все такое.

Тут заходит на кухню его мама. Интеллигентно здоровается со мной, интеллигентно спрашивает меня о моём здоровье, интеллигентно интересуется здоровьем моих родственников вплоть до седьмого колена, интеллигентно мешает что-то в кастрюле и так же интеллигентно удаляется. Меня чуть не подмутило от такого обилия интеллигентности.

После того как я децил оклемался от такого допроса с пристрастием, пацану пришла в голову мысль пробить, что же там такое варится.

Оказалось что это плов. Тут нас посещает совершенно чумовая идея - помочь матери пацана приготовить плов. Не успел я ничего сообразить, как пацан достал свой план и высыпал весь стакан в кастрюлю, меланхолично перемешал и закрыл крышкой.

В течение следующего получаса ничего примечательного не произошло, если не считать что мы раскурили ещё косяк.

Наконец плов приготовился. План соответственно тоже дошёл до необходимой кондиции. Мать собирается снять пробу. И интеллигентно предлагает нам поесть плова. Мы в голос отказываемся, при этом я говорю что "нам уже хватит". Услышав в ответ резонное замечание "лучше вместо кексов съели бы плова" я с облегчением понимаю, что она не поняла, о чём это я говорил.

Короче, она забрала тарелку и ушла есть в другую комнату.

Спустя некоторое время мама возвращается на кухню и говорит, накладывая себе ещё одну тарелку: "Очень вкусный плов". Опять уходит в другую комнату.

Минут через двадцать, когда мы уже совсем забыли о её существовании, мама появилась вновь.

Она подошла к кастрюле и произнеся фразу "Классный плов!", что, учитывая её интеллигентность, само по себе нонсенс, наложила третью тарелку плова. Посмотрев ей в лицо, я понял, что "классный плов" уже даёт о себе знать. И ещё как дает!

В общем, когда она пришла за СЕДЬМОЙ (!!!) тарелкой плова, раздался звонок в дверь. Поставив тарелку и оповестив нас о том, что "Это батяня вернулся!" (и это при том, что они даже дома время от времени называют друг друга по имени-отчеству!) она нетвёрдой уже походкой отправилась открыть "батяне" дверь.

Долгое время из коридора раздавались голоса и идиотское хихиканье.

Потом мамка пацана пришла на кухню и взяв свою тарелку прокричала(!): "Витюша! Плов есть будешь?". Через секунду в дверях кухни появился "Витюша" с совершенно о+уевшей мордой лица. Он только и смог, что выдавил из себя "Буду", покраснел от стыда за свою жену, и чуть ли не бегом покинул кухню. Мать наполнила ещё одну тарелку и, напевая, вышла. Следующим пришел отец. Поставив одну тарелку в раковину, он наполнил вторую и что-то пробормотав о диком голоде, убежал. Проводили мы его дружным смехом.