– Добро, – сказал я (мне понравилось это словечко, да и вообще с человеком лучше всего разговаривать на его языке. – Выезжаю.

Пришлось, правда, сначала смотаться на Комендантский Аэродром, за машиной. Я нашел «забаву» там, где оставил, в целости и сохранности. Поблизости обнаружилась и песочная «ауди». И потребовалось добрых полчаса неожиданных рывков и поворотов, чтобы сбросить хвост.

Мне повезло: мои маневры не привлекли внимания инспекторов и в конце концов позволили оторваться от «ауди». Убедившись в этом, я отправился на встречу и даже успел к назначенному времени.

Сержанты Семенов и Петров не просто ждали меня на Дороге Жизни. Они еще и давали этой самой жизни водителям: останавливали проезжающие машины, проверяли документы, выдавали штрафные счета. Иначе бы они не остановили и меня.

– Ваши документы! – сказал, приближаясь, один из них, обладатель сержантских погон, небритый боровок, шарообразное пузо которого едва не разрывало китель.

Я вложил в протянутую руку права:

– Пожалуйста! Мы с вами договорились встретиться здесь.

Он внимательно изучил фото, а потом мою физиономию. И только после этого ответил:

– Ах да! – Он вернул мне права и повернулся к напарнику: – Колян! Это как раз тот самый Мезенцев.

Подошел Колян, козырнул:

– Старший сержант Семенов! Здравствуйте!

Я выбрался из салона, мы обменялись рукопожатиями, я объяснил предмет своего интереса.

– Пойдемте в нашу машину, – сказал Семенов.

Мы забрались в припаркованную у обочины «вектру». Колобкообразный сержант Петров в это время тормозил здоровенный «камаз» с прицепом; тормоза «камаза» возмущенно пищали и вздыхали.

Семенов тут же сунулся к бортовому компьютеру, довольно ловко для таких здоровенных лап побегал пальцами по сенсорам, внимательно изучил появившуюся на дисплее информацию.

– Ага, – сказал он, – это та парочка крутых мэнов из компании «Бешанзерсофт». Ну и придумают же названия! Русских слов им мало! – Он снова глянул на дисплей. – Не справились с управлением. Слёт с полотна и возгорание со взрывом. Ну и что вас интересует? – Сержант полез в нагрудный карман кителя за сигаретами.

Я тоже закурил, раздумывая, как задать вопрос – мне начало казаться, что эти сержанты черта с два мне скажут о своих сомнениях, если даже те и появлялись в покрытыми фуражками головах. Фуражка, как известно, для того и существует, чтобы в голове не заводились ненужные начальству мысли. А если все-таки завелись – другим остались недоступны.

– Жизнь такова, – осторожно начал я, – что официальные выводы не всегда соответствуют истине. – Я поднял руку с сигаретой, потому что Семенов собрался возразить, и быстро добавил: – Я не имею в виду, что выводы искажают истину. Я имею в виду, что истина такова, что ее в официальный отчет включать попросту нельзя. Она там не истиной будет, а глупостью, за которую по головке не погладят. Начальство не любит нетипичных выводов.

Старший сержант некоторое время смотрел на меня, потом вновь обратился к дисплею. Однако он явно ничего там не читал, поскольку вид имел человека не читающего, а вспоминающего.

– Начальство велело рассказать о происшествиях во всех подробностях и объяснило, что разговор неофициальный.

– Начальство не ошиблось, – заверил я. – Разговор строго между нами… Меня интересует, не заметили ли вы в этих авариях чего-либо странного?

Он сделал глубокую затяжку:

– Странное было. И это такое странное, что вполне можно расценить как глупость. В обоих случаях, машину сносило с полотна таким образом, словно она двигалась со скоростью километров в двести. На поворотах водители с такой скоростью не двигаются. Если они не самоубийцы…

– А это было на поворотах?

– Да. Левый поворот на подъеме. Весьма опасные участки полотна. Разумеется, все необходимые знаки там стоят, и не заметить их невозможно. К тому же, оба погибших, насколько нам известно, очень хорошо знали дорогу, поскольку часто ездили на свои дачи. В общем, либо самоубийство с помощью автомобильной аварии, либо сердечный приступ. Хотя здоровье у обоих было вроде бы на должном уровне. Это не те случаи, когда медицинскую справку покупают…

– Сердечный приступ? – сказал я. И повторил: – Сердечный приступ…

Мысль, явившаяся ко мне в этот момент, была из прошлого года. И я прекрасно представлял себе, что требуется сделать дальше.

– Кажется, я вам помог, – удовлетворенно сказал сержант Семенов, изучив изменения в моей физиономии.

– Да, – согласился я. – Помогли. Несомненно… Кстати, «Бешанзер» – это по первым слогам фамилий создателей фирмы. Бердников, Шантолосова, Зернянский.

– Что вы говорите! – восхитился он. – Значит, если бы мы с Петровым создали фирму, она бы называлась «Петсемсофт». – Он засмеялся. – Или «Семпетсофт».