– Бумажное письмо или электронное?
– невежливо перебил Власов.

– Бумажное. С варшавского почтамта. Отпечатано на машинке, - добавила она чуть погодя.

– Оно у вас с собой?

– Нет, - женщина замялась.
– Он требовал, чтобы я отсылала его письма назад, вместе со своими ответами.

– Интересно... Что было в письме?

– Оно было очень странным. Он представился как отец Жоржа. Сказал, что знал о существовании сына, даже пытался разыскать его... как это он там выразился?
– она прикрыла глаза, вспоминая точную фразу - "из соображений морального долга и желая искупить недостойное малодушие". Интересно, что он хотел этим сказать?

– Не торопитесь. Он представился? Он назвал своё имя? Вы проверили, существует ли такой человек вообще? Может быть, это жулик или сумасшедший.

– Да, конечно. Я проверила. Такой человек существует.

– Откуда вы знаете, что писал именно он?

– Знаю. Журналисты всё знают. У нас есть свои возможности. Это реальный человек. И, кстати, большая шишка.

– Что значит шишка?

– Ну...
– женщина замялась, - он непростой человек. Генерал в отставке, или что-то вроде этого.

– Что значит "вроде этого"? Воинское звание - нечто вполне определённое.

– Просто я не разбираюсь в таких вещах...

– Вы только что говорили, что проверяли его по своим каналам. Вряд ли вы забыли его звание.

– Я же сказала, что я в этом не разбираюсь! Проверяли мои друзья из газеты. Ну хорошо, пусть будет генерал. Да, точно, генерал. Я вспомнила.

– Какого рода войск?

– Не помню... Это всё неважно. Кажется, что-то связанное с танками. Не помню. Власов, если вы будете меня перебивать своими вопросами, мы не закончим до утра.

– Извините, - Фридрих пошёл на попятную, - просто я сам долго служил в армии, и меня заинтересовала эта тема...

– Вы служили? Вот откуда у вас такие взгляды... А почему вы оставили службу?

– По состоянию здоровья, - Власов решил воспользоваться случаем, чтобы слегка простроить свою легенду.
– Я отдал службе двадцать лет жизни, а потом оказался за бортом. К счастью, мне удалось устроиться в "Мессершмит".

– С вами плохо обошлись, - безапелляционно заявила фрау Галле.
– Вы двадцать лет служили этому государству, а потом вас выкинули, как использованную вещь.

– Почему же? Если деталь механизма служила двадцать лет и истёрлась, её нужно заменить. А не оставлять на том же месте, на основании того, что она служила двадцать лет.

– Человек - не деталь механизма, - заявила журналистка.
– Он - образ и подобие божье.

– Вы верующая?
– заинтересовался Власов.

Госпожа Франциска Галле беспомощно пожала плечами.

– Не знаю... Наверное, нет. Но всё-таки ведь там что-то такое есть? Я имею в виду... ну, не бога. Скорее, судьбу, или что-то в этом роде... Иногда я чувствую, как меня ведёт судьба. Вот и сейчас... Но дело не в этом. Даже если не верить в бога, надо верить в человека. Я верю в человека.

– Как в образ божий?

– Да! Если даже нет бога... ну, того бога... то, значит, бог - это лучшее в человеке. Его любовь к жизни, стремление к свободе, счастью... но вы меня, наверное, не понимаете.

– Не понимаю, - пожал плечами Власов.
– По-моему, это просто слова. Я уже сказал, человека отличает от животного только способность мыслить. Что и позволило человеку стать доминирующим видом на Земле. Большинство людей, правда, пользуются этой способностью довольно редко, зато они могут подчиняться чужому разуму, в случае нехватки своего. То есть быть деталью какого-нибудь механизма.

– Значит, вам не хватало своего разума?
– позволила себе шпильку Франциска.

– Напротив, мой разум нашел достойное применение и на прежней, и на новой работе, - спокойно возразил Фридрих.
– Военные - отнюдь не тупые солдафоны, какими их изображают либеральные газетки. В современной войне мозги значат куда больше, чем строевая подготовка. И, на мой взгляд, быть деталью хорошо сделанного и полезного механизма куда лучше, чем быть частью механизмов слепой и безмозглой природы.

Официант принёс бокал с белой жидкостью.

– Вы всё время унижаете величие человека, - сказала журналистка, одним глотком осушив полбокала.
– Каждый человек - это Вселенная!

– Вернемся лучше от космогонии к земным проблемам, - решительно произнес Фридрих.
– Итак, вы получили письмо от отца своего мужа. Что вы ему ответили? В письме был обратный адрес?

– Там был адрес абонентского ящика на варшавской почте. Я ему отправила письмо по этому адресу. Написала всё как есть. И про Жоржа, и про проблемы в наших отношениях... Он мне ответил. Интересовался, есть ли у Жоржа дети, и если да, то от кого и где они проживают. Я ему объяснила про Микки, что это наш единственный сын. Кажется, у Жоржа не было других детей. По крайней мене мне он никогда не говорил о других детях... Он опять ответил. Вроде как обрадовался, что у него есть внук, и этот внук дойч, родившийся в Райхе. Он написал по этому поводу: "пусть и вопреки собственным желаниям и намерениям, я всё же породил жизнеспособное потомство". И ещё что-то про волю Провидения, я не поняла... Но не в этом дело. В общем, этот человек хочет сделать Микки своим наследником. Поэтому я здесь.