Строитель водокачки задумался, потом неторопливо принялся обгладывать куриную косточку.

– Нет, – наконец уверенно сказал он. – Никакого лабиринта нет. У каждого относительно ясный и относительно короткий путь. Надо только правильно выбрать его, и тогда жизнь будет не рискованной игрой, а тихой радостью.

Громов вывернул из курицы ножку и стал жадно есть – он проголодался.

– Вы уверены? И всю жизнь вы ясно видели цель и стремились к ней? И достигли ее?

– В основном, конечно.

Громов задумался. А какова цель его жизни? Сможет ли он когда-нибудь вот так же открыто и уверенно сказать любому, чего добился он?.. И почему-то якорем спасения показалась ему Софья Анатольевна, едущая (он знал) в соседнем вагоне. Он посмотрел на строителя с ироническим прищуром.

– А вдруг через минуту в наше купе войдет красивая женщина и скажет: «Можно я буду третьей?» И потом уведет меня. А может быть, вас? И ваша жизнь полетит к черту, и вы наплюете на свою водокачку.

– Ну, во-первых, она не войдет. А во-вторых…

– Можно?

Оба разом обернулись. На пороге купе стояла красивая загорелая стройная женщина в нарядном цветном халате.

– Можно я буду третьей? Здравствуй, дорогой…

Это была Софья Анатольевна. Ее появление было столь неожиданным, и столь ослепительно сияли ее глаза, зубы, волосы, лицо, что строитель водокачки вытаращил белки и откинулся на спинку сиденья.

– Вот, – сказал Громов назидательно. – Я же вам говорил. Сейчас я вас покину. Вроде бы выход, да? Но это ложный выход.

– Мужчины, вы дадите мне выпить?

Оба засуетились, предлагая коньяку, закуску. В купе стало веселее, наряднее, запахло свежестью моря…

Вагон глухо постукивал по рельсам: в этом месте Дивные пещеры особенно близко подходили к земле…