И снова двинулись ночью котовцы за своим командиром. Едут молча. Даже лошади, которым всегда передается настроение всадников, почти не фыркают, собранны и настороженны.

– Сто-о-ой!
– передается негромко от эскадрона к эскадрону. Кавалеристы осаживают коней и терпеливо ждут новой команды.

– Комбриг говорить будет, - пронеслось по колонне, и эскадроны молча перестраиваются.

– Станичники!
– обратился Котовский к своим бойцам, переждал, пока недоуменный говорок затихнет, и повторил: - Станичники! Отныне вы донские и кубанские казаки повстанческого отряда. А я - войсковой старшина Фролов. Мы прорвались в Тамбовскую губернию для соединения с Антоновым. Встреча с четырнадцатым и шестнадцатым полками Ивана Матюхина назначена на завтра. Завтра те полки должны прекратить свое существование. Нелегкое дело, но по плечу нам, красным конникам! Я надеюсь на вас, мои боевые друзья!

Не пронеслось по рядам громкого «ура!», лишь несколько уверенных голосов ответило: «Ясно. О чем говорить?!» - и Котовский понял: бойцы сделают все, не упустят Матюхина, отомстят за своих товарищей, погибших в боях с бандитами.

Получасовой инструктаж в эскадронах о поведении в бандитском логове, постановка конкретной задачи - и в путь. Перелесками и оврагами, пахотными полями, заброшенными, истосковавшимися по плугу и сохе…

В Кобылинку въехали на рассвете. Забрехали собаки, загремели цепями, где-то, перекрывая злобный лай, прокукарекал петух, но ни одна калитка не скрипнула. Будто, кроме петухов и собак, в деревне никого нет.

– Странно, - с недоумением проговорил Котовский, повернувшись к Борисову, который ехал рядом.
– Что-то хитрит Матюхин.

Подъехали к тому же дому, где останавливались в первый раз. Хозяин ворчливо, словно был недоволен, что его разбудили в такую рань, сообщил:

– Иван Сергеевич людей с письмом оставил. Велел передать.

– Сам, что ли, жаловал?
– спросил Котовский.
– Отчего не дождался?

– Стало быть, не стал вот. Письмо только… - Давай его, - потребовал Котовский, но хозяин ответил с ухмылкой.

– За ним ехать следует.

Котовский рассерженно (отчего но доверяют?) потребовал проводника, чтобы сейчас же ехать за письмом, но хозяин, будто не заметив недовольства войскового старшины, посоветовал:

– Коней покормите. Передышку им дать нужно.

Затянулась та передышка до самого вечера. Как выяснилось, с письмом Матюхин оставил четырех командиров дивизионов, но те, как только Матюхин уехал из деревни, тоже решили особенно не рисковать. Укрылись в глубокой лощине в километре за селом, и Котовский весь день вел с ними переговоры через представителей Союза трудового крестьянства. Лишь на исходе дня пришло долго-ладанное согласие передать письмо. Но условие: за письмом должны приехать только Фролов и Эктов.

– Они сказали, - передал предупреждение бандитов посыльный, - если больше приедут, уйдут в лес.

Ну что же, еще раз (какой по счету?) придется испытать судьбу.

За селом, в поле, Котовский предупредил Эктова:

– Вы понимаете, стоит вам попытаться бежать или разоблачить меня, я тут же расстреляю вас.

Эктов промолчал.

Пересекли поле. Вот и лощина. Вся в густом мелколесье. Разве отыщешь здесь бандитскую четверку? А она наверняка видит их отлично. Может, на прицел уже взяла.

– Держитесь рядом, - приказал Котовский Эктову и направил коня в лощину, но тут же натянул поводья - бандиты сами выехали навстречу. Вооружены они были до зубов, не для дружеской беседы подготовились.

Но обменялись паролями, оглядели испытующе друг друга и тронулись в обратный путь. И как ни хотелось Котовскому поскорее выяснить, что задумал Матюхин, с расспросами не стал спешить, письмо тоже не распечатал. Сделал это только в доме.

Иван Матюхин приглашал повстанцев-казаков в лес. Выскочили из леса, погуляли по селам и деревням, пожгли, пограбили, поубивали и вновь укрылись в густом, с непроходимыми болотами лесу. Лучшего и не пожелать войсковому старшине со своими полками. Но бригаду Котовского это совершенно не устраивало. Бандиты лес знают куда лучше, и, если схватка произойдет в нем, трудно сказать, кто победит.

– Да, трусоват Матюхин, - усмехнулся Котовский, кивнув в сторону Эктова.
– А утверждали - герой. Последнее письмо напишу - пусть решает. Уйдем иначе на Дон. Бить большевиков нужно, а не по лесам прятаться! Да и несподручно моим тачанкам боевым в лесу. Обоз тоже не бросишь…

С письмом, которое подписали Котовский и Эктов, поедали к Матюхину комиссара полка Захарова и командира взвода Симонова. Сопровождал их один из четырех бандитов.

Теперь оставалось одно - ждать за столом, уставленным самогонкой и закусками, слушать пьяные откровения бандитов.

Уже двенадцать часов ночи, а посланцы еще не вернулись из своей опасной поездки. Котовский встревожен, но старается спрятать свое беспокойство. Нужно быть очень осторожным, чтобы каким-нибудь случайны»! словом не выдать себя.

В три часа ночи посланцы вернулись с ответом Ивана Матюхина. В нем сообщалось, что 14-й и 16-й бандитские полки во главе с командованием и политотделом под командой самого Ивана Матюхина стоят от села в двух верстах и что Матюхин требует, чтобы Фролов явился к нему для личных переговоров только с Эктовым.