— Энн, — на выдохе прошептал он моё имя.

— Да? — выдавила я из своего горла слово, больше походящее на стон…

— Не надо… — с болью сказал он, но снова прислонился прохладными губами к моей шее…

— Да — снова промямлила я. Во мне стали бороться два чувства — страх и желание…мне определённо не хотелось чтобы, это событие произошло вот так, обычно. Мне хотелось, чтобы это произошло по-особенному.…Но у меня просто не хватало сил бороться со своим "хочу"! Я никогда не задумывалась об этом, ведь я никогда ни с кем не встречалась! Мне определённо было страшно, когда возможность сделать это, была далеко.…Но как только я оказывалась в объятиях Эвана, страх, а вместе с ним и разум куда-то испарялись…

Быть к Эвану ближе — вот чего мне хотелось…Отдать ему всю себя — это было возможно только при одном условии…Я уже давно принадлежала ему. Но я чувствовала, мой разум это знал, ещё не время…

— Эван! — пролепетала я писклявым голосом.

— Да? — он добрался до верхней пуговицы моего кардигана.

— Что ты принёс? — я постаралась отвлечься. Я глубоко вдохнула и, открыв глаза, схватила Эвана за плечи и постаралась перевалить его через себя. Это у меня получилось не сразу, он был довольно тяжёлым.

— Что ты делаешь? — спросил он, звонко смеясь.

— Пытаюсь отвлечься! — сказала правду я.

— Ты пытаешься отвлечься, переваливая меня? — он продолжал смеяться, вместе с ним захохотала и я. С Эваном всегда было хорошо, что бы мы не делали.

— Что ты принёс? — спросила я опять. Эван потёр глаза и поднялся.

— Это тебе, — он протянул мне довольно коробочку, обвязанную тёмно-синим атласным бантом.

— Что здесь? — спросила я, беря подарок. Я была заинтригована.

— Есть простой способ узнать, — рассмеялся он. Я скорчила рожицу.

— Какие мы умные, — пробормотала я.

— Вот именно, — Эван присел передо мной на колени, — Мы — умные, — сказал он, заглянув мне в глазах. В них читалось "То, что я сказал, тебе понадобиться!" Снова я ищу скрытый смысл! Я погладила его по руке.

— Спасибо.

— Всё для тебя! — улыбнулся он, но его глаза всё так же странно смотрели на меня. Я начала развёртывать упаковку. В коробочке, завернутая в шёлковою материю, лежала брошь. Она была круглой формы, сделанной, как мне показалась из серебра. В центре небольшой круглой рамке было сердце, внутри которого была объёмная роза. Сердце крепилось к кругу несколькими прутиками в форме веточек с шипами. На розе поблёскивало три камня расположенных треугольно. Подарок тронул меня до глубины души. По груди разлилась тёплая волна — благодарность, приправленная любовью. К моим глазам стали подступать слёзы.

— Милая? — встревожено спросил Эван, я не видела его лица. Всё моё внимание было сосредоточено на удивительно трогательном подарке.

— Всё хорошо, — прошептала я и, приложив брошь к груди, закрыла глаза. Я почувствовала себя самой счастливой девушкой на земле.

— Эта брошь очень дорога мне, — совершил он признание.

— Я вижу, — прошептала я и поцеловала Эвана в лоб. Он присел рядом со мной, а затем лёг, положив голову мне на колени. Он выглядел так беззащитно, несмотря на всю свою стать и мощь. Я стала водить рукой по его мягким растрёпанным волосам.

— Расскажи мне всё, — сказала я.

— Эта брошь принадлежала моей маме. Она была замечательной.…С ней я чувствовал себя защищенным. Мне всегда казалось, что от неё исходил свет, она была самой доброй и нежной. Когда я был совсем ребёнком, она подарила мне эту брошь, — говорил он. Мне показалось необычным, что мама Эвана подарила брошь ему, а не Элизаре. — "Ты тот, кто ты есть, и ничто и никто этого никогда не изменит" — говорила она мне всегда, — в его голосе появилась боль, — но она также говорила — "только ты можешь изменить себя. В тебе течёт и моя кровь, всегда помни это, ты — не только он!" — поведал Эван. Я не очень поняла суть этих слов.

— "Ты — не только он!" — что это означает?

— То, что я не как отец, по крайней мере, от части не такой как он…

— тебе так не хочется быть на него похожим?

— Да, мама всегда говорила, что я и Элизара две разные сущности, в ком-то из нас больше её, в ком-то отца.

— Очень красивая брошь, — наконец похвалила я подарок.

— Мама всегда говорила, что эта брошь защищает тех, кто дорог её обладателю, — Эван повернулся ко мне.

— Энн, умоляю, не смотря ни на что, всегда знай и помни, что ты мне очень дорога, — сказал он. Эти слова вознесли меня до небес, но и одновременно опустили в пропасть.

— Не смотря на что? — сказала я в слух. В глазах Эвана появилась мука.

— Как твои способности? — увёл он тему разговора. Хотя я чувствовала, что тема моих способностей шла параллельно с его тайнами.

— отлично.

— Ты развиваешь их?

— Я развиваю щит, который бережёт мою сущность от вмешательства чужих мыслей, — мой тон был сухим, эта тема мне не очень нравилась.

— Энн, ты знаешь, способность читать мысли кроет в себе много других возможностей, — он говорил спокойно, ровно дыша. На его лице читалось равнодушие, а в глазах мука.