— Я же приказывал ему не начинать переправу до подхода батальона.

Майор Велмэн только ухмыльнулся в ответ.

— Ладно, Сэм, ты же прекрасно знал, что он все равно не станет ждать нас...

Мы ступили на берег Коры, словно на горячие угли, но вокруг было тихо. Может, японцев забрали подводные лодки? Мы стояли в напряженном ожидании, пока патрули третьей роты рыскали по острову в поисках противника.

Батальон находился как раз посреди острова. Вокруг был густой кустарник, и люди нервно оглядывались по сторонам, в любую секунду ожидая нападения. Дальше за кустарником, где ширина острова больше мили, начинались другие джунгли, совсем такие же, как на Гвадалканале.

Время шло, и в конце концов мы получили приказ разбить лагерь. Мои ребята развернули три радиостанции, чтобы батальон мог держать связь одновременно и со штабом, и с «аллигаторами», а также с эсминцем и авиацией.

Пока мы обедали, на КП подошли Шапиро, Маккуэйд и Пэрис.

— Что там, Макс? — спросил Хаксли.

— Пока ничего. Японцев нет.

— Ох, не нравится мне все это, — вздохнул Велмэн.

— Я тоже ничего не смог найти, даже следов, — сказал Пэрис.

Хаксли глубоко затянулся сигаретой.

— Ладно. Где ты расположил роту, Макс?

— Мы развернулись от лагуны до океана. Там остров всего семьдесят-восемьдесят ярдов шириной. Как раз посреди острова. Словно ремень затянули.

— Будем действовать осторожно и наверняка. Я пришлю вам все пулеметные расчеты на случай ночной атаки японцев. Марлин, передайте второй роте капитана Харпера, чтобы заняли позицию в тылу третьей роты. Макс, как только стемнеет, вышли патруль вот сюда, — Хаксли показал на карте северо-восточную часть Коры, где остров расширялся, словно хвост голубя. — Здесь достаточно места, чтобы мог затеряться целый полк.

— Как далеко я должен продвинуться в джунгли?

— Только не ты лично, Макс. Тебе идти запрещаю.

— Но, полковник... Сэм...

— Пошлешь лейтенанта Рэкли. Он отличный разведчик. Маккуэйд, Пэрис, вы тоже пойдете. Попробуйте разведать джунгли как можно дальше. Как только наткнетесь на японцев — немедленно возвращайтесь.

— Есть, сэр.

— Пароль на сегодня — «Хелен».

Пулеметчики из других рот уже потянулись к позициям третьей роты, и Шапиро направился за ними, когда Хаксли окликнул его.

— Макс, если начнется драка, то до моего приказа атаковать запрещаю, понял?

Шапиро кивнул.

— Старшина! — рявкнул Хаксли. — Обеспечить телефонную связь с третьей ротой!

— Есть, сэр!

Хаксли хмуро глянул на быстро темнеющее небо и в сопровождении Зилча начал обход лагеря...

Я проснулся от приглушенного шума голосов и сразу схватился за карабин. Рядом тут же приподнялся Бернсайд, сжимая в руке нож. С трудом разлепив опухшие от комариных укусов веки, я смутно различил проходивших мимо меня Педро Рохеса и дока Кайзера. За ними шли Маккуэйд и несколько морпехов, тащивших трое носилок, откуда доносились глухие стоны. Тут же неизвестно откуда появились Хаксли и Зилч.

— Это патруль, — шепнул Бернсайд.

— На первых носилках Пэрис, — отозвался я.

— Положите их здесь. Педро, давай плазму, быстро! — распорядился док Кайзер, склонившись над носилками.

Мы с Берни поднялись и подошли к носилкам. Я узнал еще одного раненого. Это был капрал, командир отделения, по-моему, из Алабамы. Он оказался совсем плох. Да и кому было бы хорошо с пулей в животе.

— Надеюсь, нам хватит плазмы, до того как мы успеем остановить кровотечение, — пробормотал Кайзер.

Сержант Пэрис и другой раненый терпеливо ждали, пока их перевяжут. После этого Педро дал сержанту глотнуть бренди, и тот, кряхтя, сел на носилках.

— Куда тебя? — спросил я.

Он молча поднял правую руку, на которой не было четырех пальцев.

— Ты можешь говорить? — спросил его Хаксли.

Пэрис кивнул.

— Да, сэр. Я расскажу, как было дело. Как начало темнеть, мы двинулись и вскоре наткнулись на брошенный лагерь. Хижин тридцать. За ним поляна и метров через сорок снова кустарник, густой такой... ну, в общем, японцы сидели там... а мы их даже не видели, такая каша, я даже понять не успел...

— Ладно. — Хаксли задумчиво смотрел на Пэриса. — Ладно, сержант. Вы молодцы. Все-таки заставили их обнаружить себя.

— Спасибо, сэр.

— А где лейтенант Рэкли?

— Убит, — ответил Маккуэйд. — Пуля в голову. Пришлось оставить его, чтобы донести троих раненых.

— Жаль. — Хаксли склонил голову и замолчал. Мы не видели его лица, но я прекрасно представляю, что он чувствовал. — Как, по-вашему, сержант, — снова заговорил он, обращаясь к Маккуэйду, — много их?

— Похоже, сэр, там передовое охранение. Минимум два пулемета. И стреляли они так, словно патронов у них до конца войны.